2. Несбывшиеся надежды

Убедившись, что с разработкой прииска на Кумбе и построением завода ничего не получится, Енталцов и Посников начинают искать руды за рекой Сосьвой. Вскоре они находят там два медных прииска - от Петропавловского завода в 37 верстах на левой стороне Сосьвы. В одном из них была медная руда, во втором кроме медной руды было и золото. Кроме того, там был найден флюсовый песок, пригодный для плавки руд.

15 июля 1775 года Посников и Енталцов сообщают об этом в Канцелярию главного заводов правления. Они просят прислать офицера для освидетельствования рудника и отвода земли под рудник и под промывальный завод, который намеревались построить на истоке из озера Эпидор (Нижнее), впадавшем в реку Шангалу (Шегультан).

Вместе с челобитной представили два образца руд. Образцы были испытаны в Екатеринбургской лаборатории берггешвореном Князевым, в них действительно оказались золото и медь. Песок был признан пригодным для плавки руд. Канцелярия выдала Ентальцову и Посникову билет на разработку руд, а для освидетельствования и описания приисков направила унтершихтмейстера Ивана Кузнецова.

Через два месяца Кузнецов сообщил в канцелярию, что руды оказались "не убогого содержания" и в двух образцах были найдены знаки золота. Получив такое сообщение, Канцелярия должна была дать указ на отвод рудников и направить своё решение в Берг-коллегию для получения указа на строительство завода. Но в Канцелярии не были уверены в возможностях Ентальцова и Посникова и просили компаньонов ответить, какими силами они будут его строить.

Для строительства требовались люди и большие капиталы. У них не было ни того, ни другого. Оставался один выход: обратиться за помощью к Походяшину. Так они и поступили. Походяшин согласился войти в компанию. После этого Канцелярия разрешает отвод земель под рудники и разработку их под наблюдением Кузнецова. 12 ноября Кузнецов отводит землю под золотосодержащий медный прииск у реки Сосьвы и медный у реки Пуи, устанавливает грани, закладывает по углам отвода нетленные знаки (уголь и бересту). А поскольку медный прииск оказался надёжным, рекомендовано было на будущем заводе, кроме важгердов, установить ещё четыре медеплавильные печки. Прииск с золотосодержащей рудой решено было назвать Воскресенским, прииск с медной рудой возле речки Пуи – Петровским, а завод - Павловским.

План учиненный по указу канцелярии Главного заводов правления отведенному заводчику Максиму Походяшину и рудопромышленникам Петру Ентальцову и Григорью Посникову золотосодержащему и медному руднику, состоящему подле реку Сосву и речку Шарпъ по течению на левой стороне за гранью Петропавловскому заводчика Походяшина отводных лесов заводу, а какою ограничен и отведен фигурою и в каких местах поставлены грани и положены нетленные знаки, о том значит на сем плане при литерах:

А: Золотосодержащей и медной рудник.

В: На стоячем сосновом столбу вырезаны литера: У.К.Г.З.П.З.М.Р.З.М.П.Р.П.Е.Г.П.О.У.Ш.М.И.К. ноября 12 ч. 1775 года. И они значат: Указом Главного заводов правления золотосодержащей медной рудник заводчика Максима Походяшина рудопромышленников Петра Ентальцова Григорья Посникова отводил унтершихтмейстер Иван Кузнецов ноября 12 числа 1775 года.

С: На углах отвода на стоячих сосновых деревьях вырезано з двух сторон цыфром длина и ширина отвода и подле оных выкопаны ямы и в них положены бересто и уголь.

D: Грань отводных лесов заводчика Походяшина и Петропавловскому заводу.

Засвидетельствовал шихтмейстер Андрей Грубер.

Декабря 14 дня 1775 года подлинной сочинял унтершихтмейстер Иван Кузнецов.

Масштаб 200: сажен. (Орфография сохранена. ГАСО. Фонд 24, опись 1, дело 2331)

По указу Канцелярии Кузнецов выезжает в Верхотурский и Пелымский уезды для выявления численности государственных крестьян и возможности приписки их к заводу. В результате он нашёл для приписки к заводу в Верхотурском уезде 930 крестьян, в Пелымском – 1354, всего 2284 души. А в Канцелярию были отправлены очередные образцы руд для опробования. Результаты испытаний были обнадёживающими, и Канцелярия посчитала возможным выдать компаньонам указ на построение завода на озерном истоке с припиской к нему государственных крестьян. Но вскоре золотосодержащая жила выклинилась, и все попытки отыскать её не увенчались успехом. Поиск золота был прекращён, компания занялась добычей медной руды, которую плавили на Петропавловском заводе.

По договору для разработки рудников Походяшин вложил две тысячи рублей, Ентальцов 500 рублей. Договорились, что деньги будут возвращаться вкладчикам по мере получения прибыли, которая должна делиться в равных долях между компаньонами. Но непрерывная разработка рудников требовала более значимых расходов. Нужно было платить рабочим, горным офицерам, лаборатории за регулярное испытание руд. Медные руды добывались в небольших количествах и не могли компенсировать всех затрат, но Ентальцов и Посников надеялись на лучшее. 23 февраля 1776 года они сообщают в Канцелярию, что добываемые ими медные руды переплавляются на Петропавловском заводе Походяшина согласно заключенному с ним договору, и просят, чтобы Берг-коллегия дала им указ на строительство завода и направила к ним плотинного уставщика. Но просьбы компаньонов остались без последствий.

В 1777 году из добытой руды получили всего 14 пудов меди, в следующем году из добытых 600 пудов руды выплавили 43 пуда меди. После продажи металла и возврата денег вкладчикам прибыль компании составила всего 66 рублей с копейками. Походяшин отозвал своих людей с рудника.

Енталцов и Посников вновь начинают поиск руд. В 1776 году находят медную руду в 250 саженях от Воскресенского рудника. В 1778 году открывают ещё три медных прииска и один золотосодержащий. В сорока верстах от места, где планировалось построить завод, находят железный прииск, но Походяшин не стал его разрабатывать, а Канцелярия утратила интерес к жильному золоту. Стало ясно, что компанейское производство никогда не станет рентабельным. Енталцов и Посников во всем обвиняли Походяшина, ссылаясь на то, что компанейские руды хранятся на заводе без надзора, переработка их перед плавкой не производится, а потому и низок выход меди. Окончательно разочаровавшись в содеянном, они решают продать Всеволожскому, будущему владельцу Заозерной дачи, две трети своих рудников и всего имущества компании. В письме Всеволожскому сообщают:

«Милостивейший государь Всеволод Алексеевич: ведая вашего превосходительства непременное желание ко изобретению в северном крае благородных металлов и к заведению горных заводов, и наши изыскания изволили уже иметь от себя великие расходы, но не получили до сего в благонадёжности желаемого совершенства… мы намерены продать имеющиеся в компании с заводчиком Походяшиным в уезде города Верхотурья разных металлических рудников отведённых и до сего сысканных во всех рудных признаках и предназначенном по указу Горной Канцелярии под завод месте строения наши две трети, не оставляя по сим двум частям за собою ничего».

Всеволожский согласился на покупку присков, дал им 10 тысяч рублей и два векселя по 7 тысяч рублей. Между Всеволожским и Енталцовым устанавливается дружеская переписка. 18 февраля 1780 года Всеволожский сообщает Петру Енталцову о том, что посылает на рудники своего служителя Якова Иванова и просит оказать ему всякое содействие и поддержку. Енталцов с большим вдохновением встретил Якова Иванова и показал ему все компанейские прииски и строения. По описи, представленной Енталцовым, компания имела следующее.

На вновь создаваемом на истоке из озера Эпидор (Нижнего) заводе было заготовлено 461 бревно леса, построены дом размером 4 на 5 саж., изба для работников размером 5 на 2 саж., конюшня размером 4 на 2 саж., амбар хлебный длиной 4 сажени, баня, сарай для хранения леса, заготовлено сена 80 копён.

На Воскресенском месторождении имелись: дом размером 5 на 4 сажени, изба для работников – четыре на полторы сажени, конюшня, хлев для рогатого скота – две с половиной на две сажени, баня – 2 на 1 сажень, кузница, хлебный амбар. В описи были указаны прииски, найденные компаньонами: "Прииск медный – Троицкий близ речки Шарпа. Прииск железный по реке Сосьве, в 40 верстах от означенного к построению завода, при нём изба размером 2 на 2 сажень и кузница. Прииск Самородской, при оном изба 2 на 2 сажени. Прииск Знаменский у реки Колонги, на нём изба размером 3 на 3 сажени и кузница. Прииски медные близ горы Круглой, от Воскресенского рудника в двух верстах".

Имелись и вольные работники: Пелымского ведомства Гаринской слободы Потап Иванов Поспелов, города Туринска государственный крестьянин Нисон Степанов Телепнев, города Верхотурья государственный крестьянин Еремей Самойлов, Верхотурской и Богородской слободы – Меркурий Афанасьев Лаптев и Фёдор Булыгин, мещанин Михайло Шандаурин и ямщик Евтифей Михайлов Зверев, которые бежали в 1779 году, Пелымского ведомства Гаринской слободы крестьянин Антон Сидоров Поспелов (бежал в 1779 г.), Пелымского комиссарства ясачные Ахтанков и Василий Босаков.

О деятельности на Воскресенском руднике можно судить по объёму записей в книгах расхода денег и припасов. В 1775 году при служителе Петре Посникове в книге записано 56 листов, в 1776 году при служителе Михаиле Подковыркине – 46 листов, в 1777 году при служителе Иване Беднягине – 48 листов, в 1778 году при приказчике Федоре Загурском – 190 листов, в 1779 году при служителе Якове Попове – 211 листов.

Всеволожский пишет Енталцову 29 мая 1780 года: «Петр Петрович за письмо твоё благодарю и за все нужные приготовления в припасах на рудники и за подготовку сенных угодий, также и впредь прошу во всем возможном не оставить прикащика моего: я надеюсь, что по договору вашему со мной теперь вы уже все места надобные показали. Товарищу своему старику Григорию Посникову мой поклон. Всеволод Всеволожский».

6 декабря 1781 года Яков Иванов сообщает Всеволожскому радостную весть: «Допущенные мною вишерские крестьяне для звероловства близ истоку от Верхнего озера, из которого вытек исток в версте полуторе, нашли медный прииск …, ис под самого дерна пошла хорошая зелень, да што глубже то идёт лучше, не одолела бы нас вода, потому что близко пролегло болото. А какой добротой, то сея податель скажет. Покорно прошу… не оставить сего подателя Ивана Ричина. Ваш покорный слуга Яков Иванов».

Так произошло открытие медного прииска, на базе которого в начале следующего века был построен медеплавильный завод и возникло село Всеволодо-Благодатское, ставшее опорной базой золотодобычи Всеволожских в Заозерье.

Узнав о находке медного прииска, Всеволожский решил отказаться от присков, купленных у Енталцова и Посникова, и просит, чтобы ему возвратили деньги. Находка прииска позволила ему официально подать прошение на отвод земель под рудник и завод, что он и сделал. Поэтому сделку с Енталцовым и Посниковым можно было аннулировать. И Всволожский сразу же, 26 декабря 1781 года, после сообщения о находке прииска, пишет Енталцову:

«Петр Петрович, как известно тебе, что Берг-коллегия договор наш на рудники не утвердила, следовательно мне и завод строить не можно, да к тому же известно мне, что и в рудах такой благонадёжности, для которых можно было оной строить, нет, и Берг-коллегия по недоброте руд дозволения о построении завода в силу узаконения дать не может, и для того должно вам с Посниковым в силу договора нашего со мной расплатитца, то есть возвратить мне данные мною вам деньги 10 тысяч рублей и два векселя на 14 тысяч рублей, которые, как деньги так и векселя для доставления ко мне можете вы отдать поверенному моему Якову Иванову, чего я ожидать буду непродолжительно».

Походяшин не одобрил продажу двух третей компанейских приисков и строений Всеволожскому. Он явно не хотел иметь рядом со своими заводами высокопоставленного и влиятельного соперника. Когда Берг-коллегия запросила его согласие на продажу приисков компании, Походяшин отказался их продавать, а Енталцову и Посникову предъявил иск на 8 тысяч рублей, обосновав сумму тем, что все расходы компании финансировал он.

Отношения Походяшина со Всеволожским представляются запутанными и довольно таинственными. Известно, что он купил у Всеволожского треть Пожевского завода, но стоимость сделки нигде не оговаривалась. Также не ясно, на каком основании Походяшин платил налоги за Всеволожского в течение нескольких лет. Сумма платежей была довольно значительной. Сын Максима Михайловича Николай Походяшин был частым гостем Всеволожского в Москве. Так, 18 февраля 1780 года Всеволожский в своём письме Енталцову сообщает: «Отсель поехал в Сибирь (на Урал) Николай Плоходяшин и вчерашний день был у меня… и по приезде уведомит меня в каком положении отец ево». Видимо, Походяшин был уже тяжело болен. Из переписки ясно, что 4 января он был ещё живой, а 30 января 1781 года уже упоминается как покойный.

Енталцов и Посников деньги Всеволожскому не вернули. И тогда за долгом приезжает в Верхотурье его служитель Ермил Попов, который явился к Посникову. Вероятно, Енталцова в то время не было в Верхотурье. Посников об этом сообщает Енталцову:

«Государь мой Петр Петрович в прошлом 1780 году 17 генваря господин тайный советник и сенатор Всеволожский купил у нас в имеющихся в компании с заводчиком Максимом Походяшиным в уезде города Верхотурья рудниках и приисках две части… А ныне… прислал поверенного служителя Ермила Попова, который бывши у меня в доме самолично объявил о взыскании с меня и с вас денег, и приказано ему потому… в судебное место подать на нас исковое челобитье, но как мы по многим законным обстоятельствам денег платить ни мало не повинны и не должны… прошу если … Попов будет на нас просить суда, то за болезнью моею по общему нашему делу вместо меня по сущей нашей невиновности вообще подлежащие ответы и оправдания (за меня) представлять».

Не получив долгов, Попов подаёт исковое челобитие в Пермский городской магистрат. И когда Енталцов явился в Пермский городской магистрат, его сразу же взяли под караул. Естественно, находясь в чужом городе и под стражей, Енталцов не имел возможности собрать нужную сумму денег. Сложилась довольно неприятная ситуация. Верхотурский городской магистрат не возражал дать поручительство Енталцову при наличии заверенных векселей от купцов, но купцы не захотели выдать таких векселей. Енталцов вынужден был обратиться прямо к императрице Екатерине Алексеевне, но письмо его осталось без внимания.

В результате расследования сумму по векселям признали неправомерной, Енталцову с Посниковым предписывалось выплатить по 5 тысяч рублей. Но Посников отдал в своё время Иванову 750 рублей. Таким образом, им необходимо было выплатить 9 тысяч 250 рублей. С большими трудами сын Енталцова вместе с Посниковым погасили требуемую сумму, но все переживания не прошли бесследно. Посников после таких потрясений не смог прожить долго. Известно, что третью часть приисков компании продают уже его дети в 1788 году за три тысячи рублей Николаю и Григорию Походяшиным.

С этого времени Походяшины становятся единоличными хозяевами Воскресенского рудника и разрабатывают его не как золотосодержащий, а как медный. В связи с этим некоторые историки считали, что золото здесь было найдено позднее, чем медь, и разработка его началась в девятнадцатом веке. Но это не верно, так как в архивах есть планы всех штолен и шахт, в которых указаны проходки, производимые ещё во времена Походяшина, где разрабатывалась руда с золотом.

ЧЕРТЁЖ
Воскресенского медь и золото содержащего рудника, принадлежащий к банковским заводам
(Составил за гардмейстера маркшейдер Семён Походяшин в январе 1800 года)
Описание поверхности (пояснения к чертежу)
А - Уральная штольна.
В - Александровская штольна.
С - Александровская штольна с выкатом.
D - Петровская штольна.
E – Покровская штольна.
G - Рождественская штольна.
Н - Золотая штольна.
L - Дом для письменных дел.
М - Хлебный амбар.
N - Кузница.
О - Угольный сарай.
Р - Анбар для железных припасов.
Z - Анбар с ветхим железом.
Q - Избы для работников.
S - Казармы.

Источник: ГАСО, фонд 59, опись 2, дело 637, лист 1.
(Орфография сохранена).

Василий ИЩЕНКО, краевед, г. Екатеринбург