Аборигены

Коренными жителями территории, на которой сегодня располагается городской округ Североуральск, является народ манси. Как жили они здесь до нас и почему им пришлось покинуть родные места.

Как этническая общность манси сложились, вероятно, в первом тысячелетии нашей эры в процессе слияния пришедших с юга угров с древними племенами охотников и рыболовов таежного Зауралья. Манси родственны хантам, с которыми их объединяет общее название — обские угры ( в отличие от венгров — дунайских угров). В письменных источниках они известны с 11 века под именем «югры» (вместе с хантами).

Вначале коренных жителей Северного Урала называли "гогуличами", потом "вогуличами", а с XIV века - "вогулами". Происхождение этого слова остаётся загадкой, хотя существует нескольких версий. В селе Всеволодо-Благодатском, к примеру, и ныне вогулами называют и манси, и зырян, и хантов. "Вогул" на языке коми означает "дикий". Со второй половины XIX века вогулов называют "манси" - от вогульских "ман" - малый и "си" - род, т. е. малый народ.
Путешественник и исследователь их быта К.Д. Носилов так отзывается об этом народе: "Странный народ, странная жизнь, странные верования”. Некоторые правители европейских стран воспринимали сведения о вогулах с таким же интересом, какой у нас вызывают, к примеру, пигмеи. Так, в 1491 году австрийский король Максимилиан просил Ивана III прислать ему живого лося и одного "гогулятина, которые едят сырое мясо."

Академик П.С. Паллас подразделял вогулов на два рода, исходя из их внешности, темперамента и разговорной речи, хотя таких родовых группировок наверняка значительно больше. Носилов писал, что вогулы уже давно слились с монгольскими племенами и позаимствовали от них обычаи и верование, но наравне с этим сохранили еще присущие для них типичные черты: "Кудрявые черные волосы, римский профиль лица, тонкий выдающийся нос, благородное открытое лицо, осанка, смуглый цвет лица, горячий смелый взгляд". В одной из царских грамот их называют "вогуличами или чудью". По всей вероятности, из-за идолопоклонства и шаманства. Священнослужители боролись с шаманством и с пренебрежением называли этот народ чудаками или чудью. С начала 17 века манси считались православными, но сохраняли различные дохристианские верования, в том числе родовой культ, шаманизм.

История народа манси изучена мало. Но новейшие исследования археологов, историков, этнографов и фольклористов показывают, это были не примитивные общности рыболовов и охотников, как принято было считать, а сильные государственные образования. Возрастание роли пушной торговли, необходимость обороны от немирных соседей, захват охотничьих угодий и контроль над торговыми путями привели вначале к созданию союзов вождей мелких общин, а затем и крупных военно-политических объединений – Пелымского и Кондинского княжеств, которые контролировали огромные таёжные территории.

Столицей Пелымского княжества была крепость Пелым - у слияния Пелыма с Тавдой. Были и другие крепости, обеспечивавшие надёжную защиту вогульского населения от воинствующих соседей. Основу пелымского войска составляла княжеская дружина – косатые отыры (богатыри), специально подготовленные воины-профессионалы. Вооружённые луками, саблями, рубильными ножами, топорами и копьями, одетые в кольчуги, пластинчатые панцири и шлемы, отлично организованные и мобильные, они были грозной силой.

До конца XVII века вогулы обитали на пространстве от Усть-Выми и до Урала, по рекам Колве, Вишере, Яйве, Косьве и Чусовой. В начальный период русской колонизации они пытались оказывать сопротивление и проявляли агрессию по отношению к русским. К примеру, в 1456 году вогульский князь Ясыка напал на жителей Вычегды. Но неоднократные военные походы московских князей вынуждали аборигенов уходить на восточные склоны Урала, и привели к полному разгрому княжества.

В 1478 году Пермь Великая окончательно вошла в состав Великого Московского княжества. В 1483-1499 годах московские полки под руководством воевод Курбских совершили поход для усмирения пелымских князей, бывших к тому времени уже вассалами сибирских ханов. Московский царь лишил их всех прав на лесные угодья с реками и озерами, которыми они были наделены своими князьями.

После похода Ермака и разгрома войск хана Кучума государство изменило политику освоения Зауралья и Сибири. На вновь присоединенных землях стали строить города-крепости. В 1586-1596 годы были основаны Лозьвинский городок, Тюмень, Березов, Сургут, Нарым, Тара.

В 1587 году по указу царя Федора Иоанновича стрельцы и служивые люди под командой Данилы Чулкова заложили на высоком берегу Иртыша город Тобольск – главный город Сибири. В 1592 году чердынский воевода князь Горчаков взял вогульский Пелым. Плененного пелымского князя Алегирима вместе с сыном, всей родней и знатнейшими вогулами казнил, а городок сжег. В 1593 году на новом месте, ниже по Тавде, был основан русский городок Пелым. В 1598 году основали город Верхотурье. Бабиновская дорога (из Соликамска через Верхотурье и Турьинск) позволила не только закрепиться в Обско-Иртышском бассейне, но и подготовить освоение бассейна Енисея.

Осознав, что силой не отстоять своих владений, вогулы пытались сделать это мирным путем. В 1603 году они подают челобитье Строгановым, которым царь отдал их земли по реке Чусовой. Ничего не добившись, вогулы вынуждены были покинуть эти земли. И уже не совершали набегов на русские поселения, исправно платили ясак. Однако отдельные попытки сопротивления колонизации были. Например, неоднократно пытались уничтожить соляной промысел на реке Негле (село Кошай, ныне – в Серовском районе). Весной 1604 года лялинские и тагильские вогулы склонили сосьвинских к совместному выступлению, намереваясь сжечь город Верхотурье.

В 1620 году указом царя Михаила Федоровича для уплаты ясака коренными народами в зауральских и сибирских уездах территории были разделены на сотни, пятидесятки и десятки. Управление и сбор ясака передали местным старейшинам, которые несли ответственность перед воеводой. Территории, населенные русскими, разделены на волости и станы по сбору податей и исполнения повинностей.

В 1681 году на территориях Зауралья и Сибири в уездах стали организовывать инородческие волости. Среди них были Сосьвинская и Лозьвинская. Сосьвинская волость включала территорию сосьвинских вогулов Гриши Кумычева от устья реки Ляли до реки Лангур на севере. Лозьвинская волость включала территорию лозьвинских вогулов, населявших бассейн реки Лозьвы. Обе волости входили в состав Верхотурского уезда.

Но привольная жизнь оказалась недолгой. В середине XVIII века в глухие таежные места пришли рудоискатели, и на Северном Урале стала зарождаться горнозаводская промышленность. Верхотурский купец Максим Походяшин получает разрешение на строительство Петропавловского, Богословского а затем и Николаепавдинского (совместно с тульским купцом Василием Ливинцовым) заводов. Барон А. С. Строганов намечает строительство Вагранского завода. Вогулам не стало покоя. Они вновь пытаются жаловаться в Канцелярию главного завода правления (1769 г.). В жалобе сообщают, что земли "издревле предков наших имелись по речкам Ваграну, Турье и вокруг Княспинских озер, а потому мы ныне теми местами и владеем." Но жалоба осталась без внимания.

На владение каждой вогульской семьи в среднем приходилось от 100 до 300 квадратных километров. Этого вполне хватало для безбедного существования путем добычи диких животных, птиц и рыбы. Видимых границ у владений не было, и русские поселенцы вторгались на их территории, часто не сознавая этого.

Вогулы, досконально знали свою местность, все старинные раскопки и обнажения горных пород. Их познаниями умело пользовались рудознатцы. Вогулы указывали им руды без всяких корыстных целей, даже не требуя вознаграждений. В результате своей доброты и доверчивости они лишили себя спокойной жизни. Находка вогулами месторождения железных руд на горе Благодать не послужила им уроком.

Но не все аборигены были такими наивными. Некоторые хорошо представляли последствия находок. Особенно вогулы боялись объявлять серебряные руды. Например, Походяшину стало известно, что вогул Иван Квасов (он же Калмин) знает место, где имеются серебряные руды, но он так и не показал его, несмотря ни на какие вознаграждения. Аналогичный случай описывает и известный историк и краевед Урала Н.К. Чупин. Горные инженеры, чтобы узнать от вогула место нахождения прииска с серебряной рудой, пытались бить его плетью, но он называл ложные места. Серебряные (свинцовые) руды все-таки были найдены Всеволожским (в 1813 г.) на р. Вильве, притоке Яйвы. Они распологались недалеко от главного вогульского капища в Чаньвинской пещере (по р. Чаньве, притоке Яйвы). В ней были обнаружены и украшения из серебра в виде круглых подвесок, вырезанных из листового серебра с отверстиями. Там же были найдены подвески и из монет разных эпох (куфических, саманидских, англо-саксонских и др.).

Объявлять Походяшину прииски с железной и медной рудой вогулы не боялись, так как большинство приисков оказывались неблагонадежными. Но, несмотря на это, им выдавали вознаграждение. Вскоре количество объявляемых приисков у Походяшина исчислялось не десятками, а сотнями. И он вынужден был выдавать вознаграждение после установления благонадежности находок. Прииски объявлялись Городковым, Княспиным, Антипкиным, Денежкиным, Тренкиным и другими вогулами.

Решив построить первый свой Петропавловский завод, Походяшин прекрасно знал, что земли принадлежат вогулам. И, чтобы избежать скандала, скупил земли у Прокопья Антипкова (в 1758 г.) - по реке Ваграну; у Андрея Денежкина (в 1759 г.) - по реке Сосьве от ее верховья до впадения в нее реки Канды; у Дмитрия Алексеева Антипкина и сына его Федора (1759 г.) - по реке Турье - от устья до «большого лому»; у Федора Андреева Княспина с братьями - у четырёх озер и по речке Ульве, которая пала в Какву: у Леонтия Силина Городкова (1784 г.) - по реке Вагран, от ее верховья до впадения в нее речек Тылайки и Сурьи; у Филиппа Семенова с братом Ильей и детьми Васильем, Николаем и Тимофеем Елкиными по реке Турье, где был построен Богословский завод.

По прошлому опыту аборигены знали что отстоять свои владения невозможно. Кроме того, Походяшин хорошо разбирался в их психологии и легко улаживал с ними все спорные вопросы. Об этом даже есть легенда.

Однажды к нему пришел вогул, показал образец самородной меди и сказал, что таких камней имеется в большом количестве. Но показать месторождение согласился только после получения денег (просил 10 рублей). Нужной суммы в тот момент у Походяшина не оказалось, и он пообещал отдать деньги в скором времени. Но вогула такое предложение не устраивало. Почувствовав, что прииск может быть предложен другому заводчику, Походяшин показал ему кумачовый сарафан жены, накануне подаренный. Вогул не смог устоять и согласился не только показать прииск, но и отдать его в собственность Походяшину. Прииск оказался богатым, и Походяшин за счет его запасов стал миллионером.

До начала горнозаводского производства на Северном Урале имелись вогульские юрты по реке Ваграну: Губина – у впадения в него Тылайки; Княспина – у Княспинских озер; Петра Тихонова – недалеко от впадения в него Коноваловки; Данилы Антипкова – ниже впадения в него Колонги. По реке Сосьве: Верхние Масловские или Денешкины (Денежкины)- недалеко от впадения в нее Канды; Крылышкова – при впадении в неё Самы; Федора Маслова – при впадение в нее Атюса; Марсяткины – ниже по течению от юрты Федора Маслова. По реке Какве: Елкина – у впадения в неё Замарайки; Дмитрия Алексеева Антипкина и сына Федора – недалеко от впадения реки Турьи в Сосьву.

С развитием горнозаводского производства почти все названные места проживания были покинуты вогулами, но некоторые остались жить рядом с горнозаводским производством. Что из этого получилось, можно судить по судьбе Силы Городкова, который жил у Княспинских озер, недалеко от урочища Баронское, где А.С. Строганов намеревался построить завод. В его юрте останавливался на ночевку знаменитый ученый П. Паллас и на основе своих впечатлений описал быт вогулов.

Сила Городков знал много приисков, за которые получал хорошие вознаграждения и мог безбедно жить со своей семьей. Он не был наивным. Прекрасно понимал, что находка рудных месторождений пагубно повлияет на его жизнь, и поэтому не спешил их показывать. По количеству найденных приисков Городкову не было равных. Но это не принесло ему благополучия. Получая вознаграждения за показанные Походяшину, а потом Богословской заводской конторе прииски, Городков спился и вёл себя неадекватно даже по отношению к своей семье. Дети Городкова после его ареста также искали прииски и сообщали о них Походяшиным, и также продавали свои оставшиеся земли (от верховьев реки Улсуя до впадения Тылайки в Вагран). Судьба отца не стала для них уроком.

Как сложилась жизнь вогулов, которые покинули родину? К счастью, на Северном Урале они смогли отыскать еще глухие таежные места, но судьба их не пощадила. В 1823 году были открыты первые месторождения россыпного золота на реках Сосьве и Турье. С этого момента начинается новый этап освоения Северного Урала. Во все его уголки направляются экспедиции, которые открывают множество золотоносных песков по долинам рек. Добытчики золота буквально заполонили леса и ручьи, впадавшие в реки. Пришлось вогулам искать места для своего проживания на просторах Западной Сибири.

В середине XX века геологи находят здесь большие залежи нефти и газа. На землях манси и хантов строят города, поселки, газопроводы и нефтепроводы. Как и раньше, у хозяев этих мест никто не спрашивал разрешения. Только в начале XXI века отдельным семьям вогулов и хантов выдают документы на родовые владения. Но это не останавливает добытчиков стратегического топлива.

В Свердловской области (в Ивдельском районе) проживают несколько семей манси. На социальную помощь им выделяются немалые деньги. На реке Ушме даже строят специальное для них поселение. Но аборигены не спешат покидать родовые места, сохраняя прежний уклад жизни.

Трагическое будущее вогулов было предсказано К.Д. Носиловым: "Еще недавно воинственный, бодрый, знающий, как топить, добывать из руд Урала железо, медь, серебро, имевший торговые сношения с соседями, - народ этот совсем упал, совсем превратился в первобытного дикаря и так далеко ушел от нашествия цивилизации в свои непроходимые леса, так забился в глушь своей тайги, так изолировался, что, кажется, уже больше не покажется на мировой сцене, а, тихо вымирая, сойдет вовсе с лица нашей планеты".

Жизнь некогда большого свободолюбивого народа, научившегося жить в единстве с природой, действительно остаётся под угрозой, несмотря на все усилия нынешней власти остановить этот процесс. В соответствии с новыми планами освоения богатств Уральского Севера, по землям вогулов пройдут новые шоссейные и железные дороги, будут осваиваться новые, и уже осваиваются месторождения богатых недр. Как это повлияет на жизнь аборигенов, - покажет будущее.

Василий Ищенко, Юрий Сысуев

Пвх окна цены - http://новосибирск.окна.рф/ - никаких накруток.