Башня над городом

Однажды стоял в ожидании транспорта на площади им. 1905 года, как вдруг заговорили часы на башне здания горсовета... И никто из находившихся на остановке даже не повернул голову в сторону источника звука - наших екатеринбургских «курантов». Пригляделись? Привыкли?

Конечно, это не куранты, а обычные ходики, хотя старожилы помнят, что по первоначальному замыслу часы должны были быть именно такими, да еще с колокольным звоном. Но... не получилось. Для курантов полагался не просто колокол, а обладающий бархатным, малиновым звоном. Сыскать такой в ближайшей округе не удалось, везти издалека «не позволили». Тогда-то и решили снабдить горсоветовские часы приятным и мелодичным боем, а чтобы он был хорошо слышен - усилить его через мощные динамики.

Это сейчас в суматохе беспокойной уличной жизни уже за два-три квартала от площади бой часов порой бывает не слышен. А когда шла их настройка, то даже в дневное время звуки, исторгаемые часами, доносились и до Вознесенской горки, и до старого цирка, и даже до визовских окраин...

Кстати, мало кто знает о размерах главных часов нашего города. А они - немалые. Диаметр циферблата превышает три с половиной метра. Длина часовой стрелки -1 метр 60 сантиметров, а минутная длиннее ее на 30 сантиметров. Гиря, благодаря которой приводится в действие механизм часов, весит - ни много ни мало - четверть тонны.

Интересна история создания и самой башенки со шпилем и звездой, ее венчающей. Тем более мало какие города не только России, но и мира могут похвастать чем-либо подобным. Москва, Пекин, Варшава... вот, пожалуй, и все.

Но для начала обратимся к истории.

Долгое время дом, где ныне размещается администрация города, а прежде находился горсовет, являл собой мрачную серую коробку дореволюционной постройки. Его неоднократно перестраивали, однако оттого оно не становилось краше. Нижнюю часть здания занимали заурядные магазинчики, в одном из отсеков обосновалась редакция «Политиздата», в другом - экспозиция Свердловского краеведческого музея. Ординарность зданию придавала и прилегающая территория: исхоженные вдоль и поперек глинистые газоны, обрамленные провинциальным штакетником...

Но вот закончилась война. И прославившийся своими трудовыми делами тыловой Свердловск получил одобренное свыше разрешение на реконструкцию главного административного здания. Еще в-1945 году Совнарком СССР санкционировал ремонт и обновление его фасада, а год спустя в Москве состоялось рассмотрение проекта. Дом приобретал парадный, монументальный вид, а площадь им. 1905 года с гранитной фигурой Иосифа Виссарионовича во главе (позднее его сменил Ленин) обзавелась наконец-таки ключевой архитектурной доминантой «на будущее».

Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР, принятым в декабре 1947 года, Свердловск, наряду с городами, пострадавшими от фашистского нашествия, и столицами союзных республик, был отнесен к числу городов, проекты застройки и планировки которых должны были рассматриваться и осуществляться в первую очередь. Надо ли говорить, что это развязало городским властям руки - можно было начинать переделку здания - и работа, что называется, закипела.

Угрюмое здание опутали лесами, за которыми можно было различить фигуры в поношенных серо-зеленых шинелях - на реконструкции горсовета работали немецкие военнопленные. Но обновленное здание не сразу явилось взору восторженных горожан, так сказать, во всем своем великолепии. На почтовой марке, выпущенной в ознаменование 225-летия Свердловска (1948г.), оно увековечено в недостроенном виде - башенка с часами, увенчанная пятиконечной звездой, отсутствует. И не потому, что руководству города долгое время пришлось сражаться «за колонны, пилястры и лепку», украшающие здание, вдруг признанные свыше «архитектурными излишествами». Главное - постоянно ощущался дефицит рабочих рук.

«Дайте военнопленных!» - то и дело взывали руководители треста «Свердловскстрой», который вел работы на объекте. В кульминационные моменты 1949 года, когда стройку пытались вывести на финиш, их работало там до тысячи человек.

Проект последней реконструкции и оформления здания горсовета разработал архитектор Г.А.Голубев, «автор» городской клинической больницы на улице 8 Марта. В проектировании башенной части ему помогал М.В.Рейшер, хорошо известный свердловчанам благодаря уралмашевской «Белой башне». Но одно дело спроектировать, другое - воплотить в жизнь.

Шпиль. Казалось бы, чего проще: «сварить» четырнадцатиметровый каркас и облицевать его коррозионно-стойким материалом. Но каким? Самый простой вариант - использовать оцинкованное железо. И такие предложения были. Но не придаст ли это налет провинциализма одному из главных зданий города? Латунь? Дорого и хлопотно. И, как вы думаете, чём кончилось дело?...

Звезда. О рубиновой, подобно кремлевским, разумеется, не могло быть и речи. Как, сделать, чтобы она выглядела внушительно и горела не хуже московских? Решили обратиться за советом к стеклоделам. Металлический каркас звезды сделали на одном из свердловских заводов, откуда его перевезли во двор горсовета, а затем подняли на крышу - площадку здания, где за работу принялись специалисты художественных мастерских, которые «надели» на остов звезды стеклянную оболочку...

А вот данные по источнику света, располагающемуся внутри звезды. Это электрическая лампа, которая по мощности сравнима с кремлевскими. Если у тех она составляет от 3,7 до 5 кВт, то наша рассчитана на 3 кВт. Между прочим, для замены лампы, если она перегорит, здание оборудовано специальной лебедкой.

Скрыть от любопытствующих сам процесс установки звезды на шпиле горсовета в свое время не удалось. Каким-то образом люди прознали и про день, и про время этой уникальной операции. И когда, наконец, верхолазы закрепили на 60-метровой высоте пятиконечного великана, многочисленные зеваки, столпившиеся, несмотря на раннее утро, возле места события, вздохнули с облегчением. Как писала тогда пресса, работа монтажников была не только мастерской, но и поистине акробатической...

Каждый вечер, едва над Екатеринбургом опускаются сумерки, в небе над горсоветом загорается яркая звезда...
А в окутывающей город тишине все явственней слышится мелодичный бой главных часов города. Башня отлично вписалась в пейзаж столицы Урала, стала одной из его достопримечательностей.

Герман Пушкарёв

Статья опубликована в газете "Главный проспект". №35 (272), 1998 г.


В прошлом году городским курантам потребовался косметический ремонт. Для того чтобы покрасить четыре циферблата, техник по часам Виктор Петрович Ворончихин отключал их поочередно. Понятно, что маляр не мог работать без перерывов, тем более на высоте, но когда он отсутствовал на башне с часами, «бдительные» горожане названивали в администрацию, сообщая «о поломке курантов». И хотя была договоренность со строителями об их отключении на сутки, на следующее утро Виктор Петрович был вызван к руководству.

Четвертый год трудится в управлении зданиями городской администрации В.П.Ворончихин. До этого более четверти века отдал Уральскому электромеханическому заводу. Когда на предприятии военно-промышленного комплекса начались заморочки с зарплатой, пришлось искать другую работу. Устроился в управление зданиями плотником. Мастера «на все руки» заметили, перевели заведующим хозяйством, а через год предложили работать по совместительству техником по часам.

Два раза в неделю в одно и то же время необходимо заводить часы. Но не каждый сможет это сделать с первого раза - гиря весит более двухсот килограммов. По времени эта операция занимает 15-20 минут. И совершать ее необходимо строго через трое с половиной суток. Полного же завода часового механизма хватает на четверо суток, но это уже предел. Вот и получается, что техник по часам, взвалив на себя заботу о курантах города, отказывает себе в таком житейском удовольствии, как отпуск. Поехать куда-либо даже на неделю невозможно, потому что и в отпуске В.П.Ворончихин обязан регулярно заводить часы, смазывать и корректировать их ход. Дело в том, что в жару они отстают, а в холод забегают вперед. Кроме того, два раза в год необходимо ночью переводить часы на «летнее» и «зимнее» время.

Виктор Петрович заметил, что они идут довольно-таки точно - в течение трех дней забегают всего на одну-две минуты. Он называет куранты ходиками, потому что их конструкция простая и надежная. Надежен и сам В.П.Ворончихин - часы после покраски циферблатов ни разу не останавливались.

Анатолий Мельников