Это наша с тобой биография

У Рефтинской ГРЭС, оказывается, намечался в свое время предшественник. Краеведы разыскали недавно в архивах интересный документ. В нем говорится, что еще в 1910 году один из владельцев асбестовых приисков задумал построить на Рефте электростанцию мощностью 720 киловатт. По расчетам предпринимателя этой энергии с лихвой должно было хватить рудникам, которыми владели тузы из акционерного Итало-Русского общества, а также и другим предприятиям.

Для того времени, когда «куделька» добывалась в небольших закопушках вручную, проект был событием. Но после того как провели изыскания, составили проект и смету, рассудили иначе. Дешевых рабочих рук хватало — народ на прииски валом валил из окрестных деревень.

Зачем, спрашивается, тратиться на приобретение машин, движимых электричеством? Мужицкая сила дешевле. Народная память донесла до наших дней красноречивую частушку: Три я года зимогорил. Четвертак домой послал. Вся деревня удивилась, Где я столько денег взял...

Только в наши дни Рефт стал ареной большого энергетического строительства. По решению партий и правительства новый мощный энергоузел вместе с другими уральскими станциями должен был обеспечить электричеством возникающие одно за другим крупные предприятия нашего края и Западной Сибири, в частности Тюменского Севера.

Мне повезло — я оказался в числе тех, кто начинал закладку Рефтинской ГРЭС с первого колышка, и потому в моей памяти свежи многие значительные моменты ее сооружения.

Лето 1963 года. Нас, группу строителей Яйвинской ГРЭС, пригласил управляющий трестом Уралэнерго-строй А. К. Поляковский. Так, мол, и так, товарищи, Яйва дала промышленный ток, выбирайте: Рефт или Карманово? Про эти будущие стройки мы были наслышаны: Яйва против них что младенец. Конечно же, согласились поехать. Я лично склонился к тому, чтобы ехать на Урал. Со мной строители — А. Кудрявцев, Ю. Еловиков, М. Омелькович, Н. Захаров и другие. Погрузили мы на открытые платформы свои пожитки, бульдозер, десяток автомашин и тронулись в путь.

Июльским утром на окраине Асбеста, вблизи шахты «Северная», высадился наш небольшой десант. Едва установили палатки, как кто-то предложил посмотреть на Рефт. Поехали на машине — ни одной дороги. Встретившийся лесник согласился быть проводником. Он бодро вскочил на велосипед, но вскоре слез: пошел дождь и проселок выказал свое болотное происхождение. Речка-крохотулька Пещерка, которая сейчас уютно устроилась в трубе под автострадой Асбест—Рефтинский, разлилась и оказалась серьезной преградой. Едва перешли ее по гати и лишь через несколько часов добрели мы до Рефта.

Нашему взору открылась лесная река с дебрями черемушника и ивняка по берегам. Такие уголки любимы рыбаками. Как-то не вязалось увиденное с будущей стройплощадкой. Нашли перекат и легко, правда, замочив сапоги, перешли на другую сторону реки. Вокруг высилась вековая тайга, через нее предстояло вести дорогу на промплощадку ГРЭС. Надо заметить, что железнодорожной ветки в то время не было. А сама станция существовала лишь в проектах. Документацию готовили сотрудники Уральского отделения Всесоюзного института Теплоэлектропроект под руководством главного инженера Л. С. Шика. История больших строек свидетельствует, что без надежного тыла дела не осилить. Ведь сюда будут прибывать тысячи рабочих, специалисты, многие с семьями. Всем понадобится жилье. Мы закладывали временный деревянный поселок под названием Опушка Леса. К зиме бригада Омельковича построила два общежития.

Жилье получилось на славу, с пароводяным отоплением. Горняки выручили с котельной. Кстати, им мы обязаны многим. Хотя бы такой пример. Строительные грузы прибывали по железнодорожным путям комбината Ураласбест. Не припомню сколько-нибудь значительной задержки их на территории комбината, хотя асбестовая руда, сами понимаете, должна отправляться в первую очередь.

С каждым днем все дальше в тайгу уходила дорога. А рядышком с ней возникала трасса для линий электропередачи. Когда ЛЭП с Окуневской подстанции дошла до площадки главного корпуса ГРЭС, появилось как будто непреодолимое препятствие. 36-тонный трансформатор доставили на трайлере к месту установки, а снять его нечем. Крана такой грузоподъемности не оказалось ни у нас, ни в Асбесте. Но выход все-таки был найден. Вырыли бульдозером траншею, в нее и зашел трайлер. На уровне трайлера сделали основание, уложили на него рельсы и, зацепив трансформатор тросами, перекатили на место. Там он стоит и по сей день. Сколько примеров находчивости, смекалки строителей осталось в памяти. И вот что характерно. Работали мы и жили, тогда как одна семья. Помнятся не только трудности, но и вечера, которые проводили вместе. Наш баянист Николай Санталов обладал хорошими задатками клубного работника. Пели песни вместе с ним, иногда исполнялись частушки собственного сочинения. Ни прогульщиков, ни пьяниц не было среди наших строителей.

Специалисты прибывали. И общежития уже всех вместить не могли. Многие размещались по квартирам соседей-горняков на Кирилловском кордоне. Последний стоял там, где сейчас водохранилище ГРЭС. Гостеприимные местные жители помогали нам, чем могли. Из них, к слову, получились и толковые строители. Братья Анатолий и Геннадий Микушины, например, до сих пор трудятся в нашем управлении, и всегда они на хорошем счету.

Самых сильных, крепких новичков направляли в бригаду Г. Исламова, или, как ее называли, штурмовую группу. Она вела просеки для дороги и ЛЭП. К тому времени бригада выросла до пятидесяти человек. На этом труднейшем участке получила закалку О. Русинова, нынешний начальник отдела кадров управления строительства РефтГРЭС. От зари до зари занимались планировкой автодороги бульдозеристы М. Никишев, Н. Захаров. Не раз поминали в поселке добрым словом геодезистов Н. Селезневу и Ю. Еловикова, по чьим ориентирам шли лесорубы.

И вот полотно дороги готово. Сразу же возникли проблемы. Строителям нужна бетонка: только она одна могла выдержать тяжесть тех грузов, что поступали. Но где взять столько бетона?

В Асбестовском горкоме партии рекомендовали обратиться на завод ЖБИ треста Стройдеталь-70, расположенный на другой окраине города. И действительно, помощь мы получили, хотя Асбесту, как я полагаю, этот материал тоже был нужен позарез — город в новостройках. Нашлись и плиты. Ими поделились строители Белоярской атомной электростанции.

А какая же дорога без щебня? И опять на выручку пришли асбестовцы. В те дни жители таежных поселков и заимок относились к строителям как к близким людям, поддерживая не только морально, но порой и материально. Не забыть старушку с заимки Теплый Ключ, ее все звали ласково, на уральский манер, «баушкой». Она радушно приглашала строителей на свой огород подкормиться «витаминами». Однажды накануне очередной годовщины Великого Октября вышла у нас неустойка. Мы сами виноваты, закрутились, припоздали с нарядами. И вот праздник на носу, а зарплаты нет. Люди к празднику готовятся, кто в гости собрался в город, кто подарок родне приглядел. Испортить им в такой момент настроение?

И тогда под вечер руководитель нашей экспедиции внезапно исчез. Вернулся на другой день с деньгами. — Зарплата пришла? — спрашиваем. — Нет,— улыбается.— Это местные старожилы нам кредит открыли. Мир не без добрых людей. Он побывал в соседних поселках, объяснил ситуацию. С него даже расписки не взяли. Один бородач так и заявил: — За тобой не пропадет, инженер. Мой парнишка, между прочим, робит вместе с вами.

Эти деньги мы вернули их хозяевам с благодарностью, когда подоспела зарплата. Радостно было от того, что незнакомые люди бескорыстно оказали нам помощь. Значит, верили они в нас и в наше дело.

Стрела бетонки надвое поделила лесной массив. К дороге все относились до трогательного бережно. У меня сохранилась фотография: водитель «газика», боясь нарушить не схваченное бетоном покрытие, повел машину по обочине, но не рассчитал: что называется, по уши забрался в грязь. Взяли его на буксир.

Памятная веха — трест Свердловсктрансстрой повел железную дорогу к будущей ГРЭС со стороны Егоршино. Уже через два года по еще строящейся ветке начали подвозить грузы.

К промплощадке бетонка вышла в 1965 году. Здесь возник Пионерный поселок. В то же время было принято решение: довольно временного жилья, пора строить по-настоящему. Справа от дороги стал закладываться собственно Рефтинский, нынешний городок энергостроителей и энергетиков.

Коллектив строителей пополнился жилстроевцами под руководством опытного инженера, талантливого организатора И. Безотосного, прибывшего с Серовской ГРЭС. Поднялись первые пятиэтажные дома, детский комбинат, школа, магазины, аптека.

Одновременно широким фронтом сооружалась стройбаза: площадка укрупненной сборки металлоконструкций, склады, инженерные сооружения, автохозяйство. Заслуживает внимания история бетонного завода. То, что он нужен свой, и довольно мощный, не вызывало сомнений ни у кого.

Но где брать сырье? Цемент завозить можно, щебень и песок — накладно. На первых порах, правда, завод жил на привозном, но вскоре на берегах водохранилища обнаружили песок, который был вполне пригоден для нужд производства.

Важно отметить, что здесь едва ли не впервые в строительной практике разрабатываются бетоны на зольной основе, а золы на Рефтинской ГРЭС, как говорится, «вагон да маленькая тележка». Если проблема решится успешно, сама станция станет еще и сырьевой базой для бетонного завода.

Шли дни за днями. Стройка принимала должный облик. Вышел первый номер многотиражной газеты. Как известно, в свое время В. И. Ленин в работе «Об едином хозяйственном плане», ссылаясь на резолюцию VIII съезда Советов, назвал план ГОЭЛРО первым шагом великого хозяйственного начинания. Ленинская резолюция об электрификации России, принятая VIII Всероссийским съездом Советов, гласила: «Изучение этого плана должно быть введено... в учебных заведениях республики».

Можно с уверенностью сказать, что молодежь Урала отнеслась к строительству Рефтинской ГРЭС как к продолжению великого ленинского начинания. На повестке дня строителей было сооружение водохранилища. Предстояло очистить от леса площадь в тридцать квадратных километров, береговая лента составила свыше сотни километров. К тому же требовалось идеально очистить дно, иначе вода будет загнивать. Эта задача могла быть решена лишь при теснейшем содружестве с молодежью.

По инициативе Асбестовского горкома ВЛКСМ на первый субботник вышли 400 молодых горожан, затем еще 1 400. Работала здесь и молодежь из других городов области. Заметно выделялся отряд свердловских студентов «Алый парус». Ребята с завидным упорством и скоростью очищали ложе водохранилища, а после горячей смены давали строителям концерты. Этих работяг и песенников привез на Рефт начальник управления строительства заслуженный строитель РСФСР Илья Владимирович Вольфсон.

Знал он наши нужды, что и говорить. Сколько раз, отправляясь на работу в семь утра, видел я, что он уже завершил обход объектов. На оперативке руководителям участков приходится туго, если они не знают того, что знает в результате этих обходов Илья Владимирович. Поэтому никто из них и по сей день, если не прав или не знает истинного положения дел, не пытается «лить пули». В кабинет к нему всякий вхож. Вот заходит группа людей. Через пятнадцать минут сложные вопросы решены. У него всегда так. Если кто-то мямлит, остановит: «В двух словах, берегите рабочее время!».

Проектом предусматривалось затопить ложе водохранилища паводком. Для этого требовалось построить плотину высотой 25метров, длиной полкилометра. Работа выпала на долю бригад молодого прораба Е. Сперанского. Спокойный Рефт не раз закусывал удила, но в конце концов покорился. Тяжело подошли самосвалы, разгрузились. Бульдозеристы Иван Балюшев и Станислав Костерин при стечении народа сдвинули первые кубометры грунта в проран. Рефт был перекрыт! Своим чередом сооружались другие объекты, среди которых по значимости выделялась котельная. Конечно, это не энергоблок, но от нее зависела полнокровная жизнь стройки и поселка. Ударно работали здесь плотники-бетонщики из бригады В. Авдюкова, спорилось дело у монтажников. Лучший машинист тепловоза В. Преемыхов доставил первый состав цистерн с мазутом. Котельная стала первым полностью законченным объектом промплощадки ГРЭС.

Затем соорудили дымовую трубу высотой 180 метров. В наши дни она, сыграв свою роль при пуске энергоблоков, отключена. На смену ей пришли более высокие — две по 250 метров. Но и они сейчас смотрят снизу вверх на аналогичное сооружение для «пятисоток», которое по высоте не уступит знаменитой Эйфелевой башне — 330метров. Горячей точкой была и топливоподача, включавшая дробильный комплекс, склад топлива, главный вагоно-опрокидыватель, предназначенный для разгрузки за четыре минуты 125-тонного вагона. Так, в феврале 1969 года бригада Максима Омельковича за два дня уложила 350 кубометров бетона. В том месяце Омельковичу было присвоено звание лучшего бригадира бетонщиков города Асбеста. А вот другой пример. Звено Т. Гудковой на гидроизоляции подземных конструкций главного корпуса покрыло мастикой за смену 510 квадратных метров, перевыполнив задание в 3,5 раза!

Многие хорошие дела на строительстве Рефтинской ГРЭС связаны с именем кавалера ордена Ленина М. Шамрина. Михаил Иванович приехал на Рефт в 1966 году, сооружал все действующие энергоблоки. Его бригаду всегда посылали на решающие участки, недаром ей первой на стройке присвоено звание коллектива коммунистического труда. Сейчас как легенду рассказывают на стройке о том, что Шамрин и его товарищи забетонировали нижнюю плиту шестого турбогенератора за 46 часов вместо 4—5 суток.

Вместе с Михаилом Ивановичем на стройке трудится его сын Юрий. Он шофер, самый молодой в управлении партийный секретарь. И дочь свою бригадир тоже привел на строительство, после того как она закончила десятилетку.

Теперь самое время перейти к рассказу о монтажниках. Славную страницу в летопись строительства Рефтинской ГРЭС вписал коллектив Рефтинского участка треста Уралэнергомонтаж. До недавнего времени им руководил П. В. Рябуха, известный на Урале энергостроитель, Он как руководитель проявлял заботу о комфорте своих подопечных, об улучшении условий труда. Без удобств у монтажника не может быть и высокой производительности труда — считал Павел Васильевич. При нем для монтажников были созданы хорошие условия труда: на всех отметках монтажа сатураторные установки, мусоропроводы, санузлы. Впервые в практике энергостроительства на Рефте во время монтажа применен грузопассажирский лифт ПТС-800.

В создание каждого блока монтажники вносят свою «изюминку», работают с выдумкой, творчески. Одна из ответственных операций на сборке котла — так называемая раскантовка блоков. Было принято решение вести монтаж укрупненными блоками, применили стотонные «кубики». — Поначалу это не всем было по душе,— вспоминает прораб В. Прасолов.— Мало привезти «кубик» на платформе к месту монтажа, теперь надо поставить его в заранее приготовленную ячейку. Но прежде требовалась длительная строповка. Не дай бог, если блок извернется не так,— тут уж вовсе беда. Словом, все делаем для ускорения работ, а ускорения-то нет, время теряется на дополнительные операции. Тогда и придумали приварить к грузу специальные «уши». Теперь два 50-тонных крана цепляли «кубик» безо всякой опаски. Время на погрузку и монтаж блока сократилось в 3 - 4 раза. Если первый «трехсоттысячник» строился несколько лет, то на шестой энергоблок потратили считанные месяцы. Рефтинский метод укрупненной сборки демонстрировался на ВДНХ СССР и вошел в практику энергостроителей страны.

Достоинство его заключалось не только во взаимозамзняемости, но и в четкой специализации рабочих и инженерно-технических работников, в высоком профессионализме. Проектировщики организовали на Рефте так называемую рабочую группу, что также послужило добрым подспорьем делу. Люди учились в процессе производства, у чертежной доски и на стройплощадке. Здесь, на большой стройке, ставшей кузницей кадров, выросли первоклассные специалисты. Тот же В. Прасолов, прошедший школу Рефта с первого энергоблока. Или А. Суханов, признанный у нас виртуозом своего дела.

Кто не знаком с энергетикой, не сразу поверит, что если вытянуть трубы котла в одну прямую линию, то она составит несколько тысяч километров. Все трубы и трубочки волею человека прихотливо сопрягаются, словно узоры в руках кружевницы. Вот этим и занимается Алексей Дмитриевич. Его бригада за все годы существования ни разу не уронила своей чести. На этот коллектив держали равнение бригады А. Хорева, В. Крапивина и других асов скоростного монтажа.

В 1975 году мощность электростанции достигла 1,8 миллиона киловатт. Продолжать строительство блоков по 300 тысяч киловатт было бы невыгодно. На XXV съезде КПСС принимается решение расширять РефтГРЭС за счет «пятисоток». К тому времени они себя хорошо зарекомендовали, эксплуатация показала, что удельный расход топлива на них неизмеримо ниже, чем на существующих рефтинских блоках. Буквально за один год коллективы треста Урал-знергостроймеханизация и управления строительства подготовили фундаменты всех четырех объектов. Эта расторопность принесла ощутимый выигрыш в ближайшей перспективе. Едва в конце 1977 года был сдан государственной комиссии энергоблок № 7, как у его торца поднялись металлоконструкции корпуса восьмого энергоблока.

Седьмой уникален во всех отношениях. Техническая новизна, сложность монтажа, возросшие масштабы работ. Но это не все. Судите сами: несмотря на гарантированное обеспечение стройки материалами, возможность критической ситуации не исключалась. При поставке металлоконструкций для коробки здания машинного зала возникли паузы. Штаб стройки заседал дважды в сутки. Часто на Рефт приезжали руководители областной и городской партийных организаций. Принимались срочные меры.

Блочный метод монтажа перестал быть новинкой. Однако совершенствование его продолжалось. Время требовало сокращения сроков строительства, повышения мастерства монтажа. Инженерный поиск, соединенный с практикой новаторов, привел к тому, что «кубики», примененные еще на «трехсоттысячниках», теперь «потяжелели». Они уже не вмещались на железнодорожной платформе, для перевозок были изготовлены специальные турникеты.

Большое преимущество — богатый производственный опыт. До Рефта многие энергомонтажники работали на сборке троицких «пятисоток». Рука, что называется, была набита. В работе монтажных участков произошло разделение труда: Рефтинский занимается котлами, Троицкий — турбинами. Школы передовых методов труда во многом способствовали обобщению и распространению положительного опыта. Турбину нашей «пятисотки» вызвался смонтировать бригадир Василий Крапивин. За ним шла слава талантливого монтажника. Не подвел бригадир и на этот раз. И он, и его товарищи, казалось, не покидали сборочную площадку, но бригада работала посменно, изо дня в день, ускоряя темпы.

Наконец наступил день, когда Василий Крапивин уступил место наладчикам. Турбина была сдана в срок, с высоким качеством. Отличились в дни пуска первой «пятисотки» и бригады Рефтинского участка треста Электроурал-монтаж под руководством опытного специалиста Н. Хильковича. На заключительном этапе все зависело от мастерства киповцев, которые с таким высоким классом монтажа встретились впервые. Однако бригада Владимира Нефедова сдала цепи управления в наладку на месяц раньше срока. Успех достигнут прежде всего потому, что управляющие ячейки полностью собирались в мастерских и ставились на место в готовом виде — очередной вклад рефтинцев в практику отечественного энергостроительства. В декабре 1977 года энергоблок-великан дал промышленный ток в объединенную энергосистему Советского Союза. За короткое время на его сооружении освоено 63 миллиона рублей. Таких темпов энергостроители Урала еще не знали.

Только отзвучали аплодисменты — и бригады снова окунулись в трудовые будни. Передышки не было. Конвейер в строительстве «пятисоток» на Рефте диктовал одно: время, вперед!

Честно признаться, в 1978 год вступали с более легкой душой. Махина какая, а ведь одолели. Значит, и следующий блок осилим. Опыт — в дело, ошибки — анализировать. К слову, «союзники» у нас крепкие появились. Вот, скажем, один из них — рабочая эстафета, новая форма социалистического соревнования смежников. От взаимных претензий — к взаимопомощи и поддержке. В этом суть рабочей эстафеты, договор о которой подписали в первые дни января наши строители и заводы из города Березовского: котельно-механический и железобетонных изделий. В дальнейшем эту новинку подхватил и коллектив Южноуральского завода металлоконструкций, что в Челябинской области. Значительную роль в жизни стройки сыграл почин передовых бригад Главсредуралстроя, выступивших с инициативой «Пятилетнее задание — меньшим составом». Опыт свердловчан, одобренный Центральным Комитетом КПСС, пришелся по сердцу и энергостроителям Рефта. Одной из первых это начинание поддержала бригада кавалера ордена Трудового Красного Знамени Николая Спирина «3 треста Уралэнергомонтаж. Коллектив на рабочем собрании постановил: «В горячие дни монтажа восьмого энергоблока считаем первейшим долгом каждого трудиться с полной отдачей сил. Просим администрацию уменьшить состав нашей бригады на три человека, сохранив прежний объем работы».

Тридцать восемь бригад управления строительства и субподрядных организаций последовали примеру свердловчан. В результате появилась возможность сократить сроки монтажа оборудования. По итогам работы за 1978 год коллектив управления строительства Рефтинской ГРЭС награжден переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ с занесением на доску Почета ВДНХ.

Успешному выполнению планов и социалистических обязательств способствовало действенное соревнование, которому уделяется постоянное внимание со стороны партийного комитета стройки. На заседаниях парткома, которым руководит ветеран стройки Н. С. Верук, дается развернутый анализ соревнования коллективов и вырабатываются рекомендации на год.

В свое время партком обсудил вопрос «О мерах по дальнейшему улучшению социалистического соревнования на стройке». Это привело к тому, что все внимание администрации и профсоюзной организации было направлено на обеспечение эффективности соревнования между бригадами.

Можно привести и такой пример. Однажды партком поднял на заседании вопрос о внедрении на строительстве прогрессивной формы соревнования «рабочая эстафета». А поводом послужила инициатива коллектива, партийной и профсоюзной организаций Рефтинского участка треста Уралспецэнергрмонтаж, который первым заключил договор на «рабочую эстафету» с заводами-поставщиками. Начинание было рекомендовано к широкому внедрению. Поддержать его решили многие коллективы, причем договор «рабочей эстафеты» заключали между собой цехи, участки, бригады, находящиеся в технологической зависимости друг от друга.

В дни подготовки к выборам в Верховный Совет СССР, проходившим в 1979 году, бригада турбинистов В. К. Крапивина вызвала на соревнование коллектив спецмонтажников Н. Долгушина, который обязался сдать фундамент турбогенератора N° 9 под монтаж оборудования ко дню выборов. И вот результат — сдача произошла не 4 марта, как предусматривалось договором, а 28 февраля. Турбинисты же в свою очередь смонтировали и спрессовали конденсатор на 7 дней раньше графика.

В горячую пору пуска энергоблока № 9, как и на предыдущей «пятисотке», по инициативе парткома была создана оперативная группа, которая занималась ежедневным выпуском «молний». Через день звучала на стройке радиогазета «На волне социалистического соревнования». Так организационно-партийная работа обеспечила распространение передового опыта.

Уже меньшим составом бригада того же Спирина закончила сборку блоков верхней радиационной части и теплообменника котла (710 тонн) на пять дней раньше и с отличным качеством. Что обеспечило выигрыш времени? Прежде всего, рационализация. Были внедрены такие новшества, как, например, изготовление так называемого кондуктора для закидки трубопроводов секциями из одиннадцати штук, а также захват для застропки плит обмуровки. Производительность труда была повышена за счет специализации звеньев. На всех четырех блоках ВРЧ звено Ю. Ягодникова занималось стыковкой трубопроводов малого диаметра, а звено А. Краснова — выверкой и рихтовкой поверхностей. Сыграла свою роль и профессиональная учеба: повысили разряды слесари В. Ушаков, В. Панкин, А. Смердов, В. Лоскутов, сварщики Т. Шишкина, Н. Рыбакина и другие. — Поделись секретами, Николай Александрович,— попросили Н. Спирина на очередном слете бригадиров стройки. — Вам этот секрет известен,— ответил монтажник, не пряча улыбки,— сегодня делать больше, чем вчера. Думаю, что это под силу каждому. А если без шуток, то советую получше ознакомиться с бригадным подрядом. Метод бригадного подряда в известной мере послужил базой для внедрения почина «Пятилетнее задание— меньшим составом». Бригадный подряд в больших масштабах применяется на строительстве Рефтинской ГРЭС. В тресте Уралэнергомонтаж, например, действует график работ на весь год. Бригады заранее знают, где и когда они должны вести монтаж, готовятся к нему загодя.

Потери рабочего времени при переходе с объекта на объект, как правило, сведены до минимума.

Вот в чем секрет Николая Спирина и его монтажников, снизивших трудозатраты при сооружении восьмого энергоблока на 951 человеко-день. И в целом по стройке (в сравнении с первой «пятисоткой») трудозатраты снижены на десять с лишним тысяч человеко-дней. Согласен, «человеко-день» — не очень, может быть, благозвучное сочетание, но нам, участникам большого строительства, этот показатель кое-что говорит. Этим исчисляются наши трудовые победы.

А что стало с теми, кто расстался с родными бригадами? Из них сформировали новые коллективы, которые перешли на горячие участки,— обучать не требовалось. В том и крылась особенность — состав уменьшался за счет высококвалифицированных кадров. Не потому ли бригада отделочников управления строительства, возглавляемая вчерашней звеньевой Ниной Суровой, быстро и прочно заняла почетное место среди лидеров социалистического соревнования? По подсчетам экономистов, вновь созданные коллективы дополнительно освоили на строительстве объектов восьмого энергоблока около 400 тысяч рублей, почти на три недели приблизив день пуска турбогенератора. Торопил девятый энергоблок. Такая уж у нас работа, у строителей электростанций: многое решает каждый день. В бригаде монтажников В. К. Крапивина было взято обязательство выполнить план 1979 года к 7 октября. Досрочное завершение плановых работ на объекте означало, что турбину энергоблока можно будет пустить досрочно. Монтаж турбины — дело сложное. Бригада начинала работы с приемки фундамента и комплектации оборудования. На два дня раньше срока был завершен важнейший этап — закрыты цилиндры низкого давления. Часы, смены и дни были сэкономлены и на других этапах монтажа. Словом, монтажники девятого энергоблока сделали все для того, чтобы он вошел в строй в ноябре. С высоким качеством была отцентрована линия вала турбины, смонтирован питательный насос и многое другое.

...Перебирая в памяти минувшие годы, признаюсь, что мы, двенадцать первопроходцев, пришедших к таежной речке Рефт, даже в самых смелых мечтаниях не могли тогда представить нашу ГРЭС такой, какой видим ее сегодня. Жизнь внесла поправки в планы стройки, в людские судьбы,

Далеко светят огни Рефта. Приятно сознавать: наша таежная резиденция дала жизнь крупнейшей на Урале электростанции.

И. А. СИЛУКОВ, мастер управления строительства Рефтинской ГРЭС Из сборника "Огни Рефта" (Средне-Уральское книжное издательство, 1980г.)