История рудников

Первые попытки проникновения рудознатцев в этот суровый и малонаселенный край делались еще во второй половине 17 века. Внимание первопроходцев привлекло Вагран-озеро, где, по слухам, находились признаки серебряных руд. Слухи эти, однако, не подтвердились, и интерес к озеру пропал, даже название его позабылось.

Более активно рудные поиски начались с 20-х годов 18 века. По рекам Ляле и Лобве были открыты многочисленные месторождения, давшие основание для строительства медеплавильных заводов, просуществовавших, впрочем, недолго. Прочное водворение горнозаводского дела на Северном Урале связано с именем предприимчивого верхотурского купца Максима Михайловича Походяшина, сказочно быстрое обогащение которого привело в изумление современников.

1 сентября 1757 года М.М. Походяшин послал в Канцелярию главного заводоуправления прошение о дозволении строительства завода. Место для него еще ранее подобрал Г.Н. Посников, а унтершихтмейстер Леонтий Яковлев и мельничный мастер Иван Савастьянов, посланные Канцелярией для свидетельства и описания найденных рудников и места для завода, одобрили этот выбор.

Разрешение на строительство завода М.М. Походяшин получил 5 декабря 1757 года. В пустынном месте, удаленном от всякого жилья, в глуши лесов и болот М.М. Походяшин уже весной 1758 года заложил плотину и церковь во имя апостолов Петра и Павла. К 1760 году М.М. Походяшин построил одну домну и 5 «вододействуемых» молотов, кроме того, заканчивалось возведение еще 4-х медеплавильных печей.
26 июня 1760 года Петропавловский завод начал плавку чугуна, а 1 мая 1761 года было пущено в действие 6 медеплавильных печей . К 1766 году в доменной, молотовой, колоколенной и 4-х медеплавильных фабриках находилось в действии 15 медеплавильных печей, домна, 2 молота и 12 горнов.

Одновременно с ростом мощностей Петропавловского завода успешно велись и поиски новых месторождений, многие из которых осуществлялись с помощью обитателей здешних мест - вогулов.
Запасов руд для нормальной работы завода, таким образом, было вполне достаточно. Не испытывал затруднений он и в лесе. В 1758 году Л. Яковлев отвел более 784 кв. версты его на шестидесятилетнее время . Вызывало беспокойство лишь ограниченные возможности Колонги, которая, как выяснилось, «более одной воздействуем ой домны и пяти молотов поднять не может» . Поэтому М. М. Походяшин начал активные поиски места под молотовый завод, который бы производил ковку чугуна с петропавловской домны.

А между тем в верховьях Колонги, в пяти верстах от Петропавловского завода началась кладка каменного фундамента под новую домну. М.М. Походяшин явно стремился к расширению выплавки чугуна. К 1766-му году здесь уже была возведена плотина, началось строительство меховой фабрики и пильной мельницы. Однако работы велись медленно, с большими перерывами, а вскоре вовсе прекратились. Дело в том, что в это время на реке Турье были обнаружены медные месторождения, получившие общее наименование Турьинских. Потребителем их стал Петропавл6вский завод, и вскоре чугуноплавильное и железоделательное производства здесь начали вытесняться медеплавильным.

Выпуск новой продукции возрастал невиданными для того времени темпами. Если в 1761 году на предприятии было выплавлено всего около 400 пудов чистой меди, то в 1769 уже 31,1 тысячи - почти столько же, сколько в 1751 году на 22-х медеплавильных заводах Урала. В то же время чугуноплавильное дело сокращалось. В 1766 году на Петропавловском заводе было получено 49 325 пудов чугуна, а в 70-х годах плавка не превышала 14 тыс. пудов . В 1791 году . производство чугуна здесь было и вовсе прекращено, а ведущей отраслью стала выплавка меди.

По сведениям 1796-1797годов Петропавловский завод располагал следующими производственными мощностями: в семи фабриках находилось 19 медеплавильных печей, в том числе одна для литья колоколов, 1 домна, 2 действующих и 1 запасной молота, а также 6 горнов . Прекращение плавки чугуна привело к тому, что доменная и молотовая фабрики хотя и сохранились, но уже не действовали, а колокольная в отчетных документах не упоминалась вообще.

По меркам того времени перед нами - многоотраслевая горнозаводская мануфактура с законченным циклом производства с развитыми основными и вспомогательными службами. С 1767 по 1776 год завод выплавлял в среднем около 15 тыс. пудов чистой меди ежегодно, что ставило его в один ряд с крупнейшими медеплавильными предприятиями страны. Однако в последующие годы медеплавильное производство здесь начинает лихорадить: в 1787 году было выплавлено более 21 тыс. пудов чистой меди, а в 1788 - около 9 тыс. пудов; в 1790 - около 17 тыс. пудов, а в 1791 г. - чуть более 4 тыс. пудов. Завод постепенно утрачивает свое первенствующее положение, а главным производителем красного металла в округе становится динамично развивающийся Богословский, давший название всему хозяйственному комплексу М.М. Походяшина.

Что касается техники и технологии металлургического производства, то оно вначале не было до конца отлаженным, доказательством чему служило то, что железо поступало на продажу почти полностью как полосовое, а медь /черная/ отсылалась в Екатеринбург для дальнейшей обработки. Заводское оборудование также было несовершенно: плавильные печи часто выходили из строя, а воздух нагнетался допотопными клинчатыми мехами, приводимыми в движение наливными колесами. Однако в дальнейшем мы наблюдаем попытки улучшить положение в этой области. "По недостаточному искусству плавильных в те времена мастеров, - читаем в одном из документов, - с начала действия Петропавловского завода скопилось большое количество медной крицы, загромоздившей помещение фабрики и несколько амбаров". В 1768 году был найден способ использования этого ценного продукта, что привело к более рациональному ведению плавки и послужило причиной резкого увеличения производства меди в 1769 году.

В это же время здесь началась замена гармахерских горнов на более совершенные печи, что также значительно улучшило и ускорило процесс очистки черной меди.
В конце 18 века на казенных заводах Урала начали строиться высококорпусные печи. В Богословском округе они появились в 1799 году, когда 18 медеплавильных печей Петропавловского завода' были «надделаны повышением на 2 фута». Эти новшества значительно повлияли на рост эффективности медеплавильного производства.

После продажи Богословских заводов в казну (1791) металлургическое производство стало резко сокращаться. Не прошло и 5 лет, как выплавка меди по сравнению с предшествующим десятилетием сократилась здесь более чем в два раза. Встал вопрос даже о продаже заводов в частные руки. В начале 19 века с целью поправить пошатнувшееся хозяйственное положение округа, впервые было высказано предложение о прекращении действия Петропавловского завода. И хотя он проработал после этого еще около трех десятков лет, судьба его была предрешена. В 1827 году по решению Богословского горного совета он был остановлен.. Главной причиной закрытия по официальным данным было истощение Турьинских рудников и дальняя перевозка медных руд.

Однако в действительности, по мнению исследователей, упадок горного дела в Богословском округе произошел во многом от «неразумного ведения дела», приведшего заводские строения и оборудование в полуразрушенное состояние. В подтверждение можно привести следующее сообщение одного из документов 1821 года: «Медеплавильная фабрика угрожает падением, от которого невозможно поддержать большую часть оной никакими подкреплениями». Горному начальству предлагалось тогда «во избежание опасности от общего разрушения и к сохранению по крайней мере некоторых печей для заводского действия еще на некоторое время, разобрать неподкрепимые места фабрики». Не соответствовала своему предназначению заводская плотина. «Прорез со сливным мостом свинками и коренными в вешняшном прорезе, стойками и ставнями совершенно ветх и гнил, так что во всякое время должно опасаться прорыва лотины...Сплейзофенная фабрика почти во всех частях ветха, что и медеплавильная, а мусорная изба для дела мусоров совершенно обветшала и годилась только на дрова. На плотине у ларя стояла конная машина к восьми медеплавильным печам, но была разобрана и снято с нее железо» и т.д.. Перед нами страшная картина полуразвалившегося предприятия.

На закрытие завода в немалой степени повлияло также его крайне неудачное месторасположение. Сохранились многочисленные свидетельства того, что в пруду с самого начала его действия никак не удавалось удержать воду, которая просачивалась сквозь известняковый грунт. В 1772 году пруд осушили. Тут-то и обнаружилось, что «на обеих берегах и возле самой плотины зияют не только скважины, но и «провальные печоры». Их заделали, но промоины и трещины стали образовываться в других местах. В 1778 году пруд осушили вновь. Под руководством шихтмейстера Пономарева и плотинного подмастерья Кленова были произведены с особой тщательностью работы по засыпке мест утечки воды, «но примечательно, что и опять где-нибудь пещеры во оном пруде сделались».
С тех пор верховья Колонги ежегодно укреплялись всевозможными способами, но без особого успеха. Не помогла и запасная плотина на берегах Ваграна, так как и там грунт ничем не отличался, да и по количеству пещер эти берега ни в чем не уступали. Заслуживает внимания факт посещения Петропавловского завода П.С. Палласом /1770/, который не заметил никаких изъянов в энергетике производства. «Каменистая речка Колонга, в Вагран текущая, перепружена и своими крутыми берегами хотя небольшой составляет пруд, но водою всегда довольный». В полную силу завод мог работать лишь не более 6 месяцев в году (осенью и весной), а в остальное время, по свидетельству одного из источников, «в оном действие половинное посредством коннодействуемых машин».

Положение завода, простаивающего длительное время, действующего не на полную мощность и с перебоями, было с самого начала обреченным. Вкладывать средства на поддержание предприятия, в перспективности которого приходилось сомневаться, было крайне рискованно. В этой связи несколько неожиданным выглядит решение Комитета Богословских заводов (1834) о возобновлении его действия. В обоснование этого решения Комитет выдвинул следующие доводы.

В окрестностях Петропавловского завода открыты многочисленные и богатые золотоносные россыпи, разработка которых вполне способна покрыть расходы на его содержание (31 тыс. руб. в год). Кроме того, Петропавловский завод является последним населенным пунктом на севере региона, откуда могли бы отправляться экспедиции для дальнейшего минералогического исследования Северного Урала. Ожидаемые открытия новых, а также разработка многочисленных уже известных месторождений могли бы послужить делу возрождения преждевременно упраздненного предприятия.

Однако мнение Комитета не было принято во внимание высшим горным начальством. Завод не работал уже более 7 лет, превратившись в село с числом жителей не более 800. Все имущество его было передано в управление смотрителя, назначавшегося Турьинской горной конторой. Работоспособное население нашло себе применение в золотодобыче, бурно развивающейся отрасли округа, а также лесозаготовках и перевозках различных грузов на Богословский завод. Село же Петропавловское в дальнейшем дало начало современному индустриальному городу Североуральску.

ЧУДИНОВСКИХ
Владимир Алексеевич,
кандидат исторических наук,
доцент Уральского института коммерции и права (г. Екатеринбург).