Нязепетровск - Шемаха

Поездка на лодке началась с Нязепетровска.

Этот маленький завод находится на 53о 3' с. ш., 28о 57' в. д., насчитывает всего 11,5 тыс. жителей и расположен среди холмов у запруды реки Нязи, впадающей здесь в реку Уфу.

Нязепетровск был основан в первой половине XVIII века. Старое его название - Ураим - по-башкирски значит "котловина".
Когда-то здесь жили башкиры, вытесненные со своих земель царскими военнопоселенцами, русскими. Башкиры часто бунтовали, в особенности в XVIII веке, но были раздавлены и подвергались жесточайшей эксплоатации и национальному угнетению.

Началось насаждение промышленности на Урале. Добровольно сюда никто не шел. Промышленники покупали крепостных и пользовались ими и для строительства и для эксплоатации промышленных предприятий. Чугуноплавильный и железоделательный завод был построен в Нязепетровске в 1749 году. По свидетельству академика Лепехина, побывавшего в Нязепетровске в 1770 году, "мастеровых и работных людей, купленных с заводом, было 250 душ; отданных от Пермской провинциальной канцелярии, не помнящих родства и незаконнорожденных - 106, от Уфимской провинциальной канцелярии причислено 24 души. Всего 380 душ."

После падения крепостного права, которым кое-как держался старый Урал, начинается упадок уральской промышленности. Производительность Нязепетровского завода по чугуну из года в год падала. Причины этого лежали в низкой производительности труда и отчаянной закабаленности рабочего. Нязепетровский корреспондент "Екатеринбургской недели" в № 4 за 1880 год рассказывает, как эксплоатировались рабочие, благодаря "блоку" заводской конторы и местных кулаков. И без того низкая заработная плата попадала в руки этих хищников. "Откупщики идут прямо в заводскую контору и бесцеремонно берут деньги своих должников-рабочих, - пишет корреспондент, - При такой операции рабочему почти ничего не приходится. Хоть другой раз и причитается ему рубль или два, но эти деньги остаются в руках торговцев-откупщиков. Затем начинается снова та же операция. Рабочий должен или соглашаться на бессовестно предложенную цену или умереть с голоду. Избирает бедняга первое и опять задалживается..."

Главной специальностью Нязепетровского завода, принадлежавшего до социалистической революции Акц-му о-ву Кыштымских горных заводов являлось приготовление листового железа, сплавляя весной на баржах по рекам Уфе, Белой, Каме и Волге в Нижний Новгород. Частично железо продавалось в Уфе и Лаишеве.

Если читатель хочет познакомиться с практикой сплава, он должен прочитать красочные очерки Мамина-Сибиряка "Бойцы". В них дается картина бесчеловечной эксплуатации сплавщиков уральскими промышленниками, отправлявшими на барках по Чусовой медь, железо, чугун. Не лучше дело обстояло и на реке Уфе.

В настоящее время в Нязепетровске производится выработка высокосортного древесного угля для заводов Спецстали. Голь отправляется по железной дороге Лысьва - Бердяуш (Нязепетровский завод находится в 4 км от станции). Эта дорога устремляется с севера на юг к знаменитому Бакалу - центру железорудной промышленности (бурые железняки)1. Бакал является базой развития черной металлургии Челябинской области. Бакальский гигант, начавший строится в 1934 году, даст стране в недалеком будущем прекрасную качественную сталь, а Бакальские рудники - руду первоклассной чистоты.

Нязепетровск не носит характер чисто промышленного центра. Завод невелик. Население совмещает работу на заводе с сельскохозяйственной работой.

Оно отличается и от рабочих, какими мы привыкли их видеть в промышленных центрах, и от крестьян. Уралец, живущий вблизи завода, хорошо владеет и литовкой-косой, и плугом, и топором, чтобы пойти на лесозаготовки или "направить" лодку проезжему туристу.

Нязепетровск расположен среди холмов. Недалеко от селения уже начинаются прекрасные леса, главным образом сосновые. Изредка здесь попадается и дуб, которого нет на восточном склоне Урала. В известных дореволюционных географических сборниках "Россия" (том "Урал") под редакцией Семенова-Тян-Шанского отмечается очень интересный факт: снега на западном склоне Урала, как раз напротив Нязепетровска, так велики, что дикие косули уходят отсюда зимой в район Каслей, вообще к востоку, и только весной возвращаются к себе, на запад Урала. Ширина Уральского хребта здесь каких-нибудь 100 км.

Около Нязепетровска река Уфа мелководна: истоки реки находятся недалеко. В верхнем ее течении, на протяжении 150 км после Нязепетровска, часто встречаются перекаты, на которых глубина не превышает сантиметров 25 (любопытно, что река здесь носит название "Большая Уфа", а внизу, где она широка и полноводна, ее называют "речка Уфимка" ).

Переезд через перекаты иногда бывает связан с приключениями, не таящими в себе, впрочем, никакой опасности.

Вот вы видите, что приближается перекат: река делится на несколько рукавов, образуя острова, увеличивается скорость течения, и впереди слышится шум бурлящей на перекате воды. Вам прежде всего необходимо установить, какой рукав является главным: на боковых рукавах гораздо больше шансов посадить лодку на мель. Но и на главном русле вам нужно провести лодку по самому глубокому и быстрому месту, где вода как бы сливается в желобок с двух сторон... Может случиться, что предосторожности не помогут: лодка с треском сядет на мель (обычно на гальку). Вы снимете обувь и, стараясь не замочить брюк, побредете по реке, исследуя соседние глубины. Только будьте осторожны: лодка освобожденная от груза, который вы представляете, может сама сорваться с мели и умчаться, подхваченная быстрым течением. Если этого не случилось, то вы легко ее столкнете с мели. Здесь сказывается преимущество плоскодонок: они сидят мелко и сшиты крепко, так что постоянное шаркание дна лодки о гальку не причиняет вреда и не вызывает течи.

Для проезда по перекатам Уфы во всяком случае нужно уметь править кормовым веслом. Это уменье особенно требуется для проезда по так называемым "заколам". Местные рыбаки, чтобы поставить свои верши или, как они называют, "морды", перегораживают реку заборчиками из кольев. Сквозь эти заборчики просачивается вода, но рыба их пугается и ищет выхода в небольшие ворота. Против ворот ставится верша, "морда". В пасть этой "морде" и попадает рыба. Перегораживая реку, рыбаки часто вбивают крепкие колья. Течение в этих местах всегда сильное; зазевавшись, можно посадить лодку на кол и получить пробоину или надолго застрять. Нужно постараться выбрать направление заранее и провести лодку между кольями.

На участке между Нязепетровском и Шемахой (расстояние 90 км) самые красивые места расположены между 70-м и 85-м километрами, т.е. немного выше Шемахи, в окрестностях селения Аросаново. Скалы, каменные коридоры, каменные стены поднимаются здесь во многих местах. Берега покрыты сосновым лесом. Это место хорошо для того, чтобы остановиться на день-другой и совершить несколько вылазок.

Но вот вы подъезжаете к городу, который имеет красивое и поэтическое имя - "Шемаха"3. Длинный деревянный мост тянется около этого города с одного берега на другой. Ваш глаз уже успел привыкнуть к горам, лесам, лугам, к диким местам, и этот мост кажется большим достижением техники. Вы думаете, что прибыли в крупный центр. Но, увы, это впечатление обманчиво: мост сгнил, через него закрыто движение, реку переходят вброд. У г. Шемахи - все пока в прошлом.

По железной дороге от Нязепетровска до Шемахинского завода 36 км, водой 90 км. До революции этот завод принадлежал к округу Кыштымских заводов. По свидетельству Семенова-Тян-Шанского, он не имел никакого самостоятельного значения, к числу вспомогательных. Производилось здесь сортовое железо и якоря (железоделательный завод). Населения здесь было 3 тыс. Это типичное для Урала нерентабельное карликовое предприятие.

В старые годы здесь, среди убогих башкирских деревенек, много было скитов и тайных раскольнических молелен. Когда народное восстание XVII века было подавлено, повстанцы ушли в далекие леса, где скрывались от преследований. Таково далекое прошлое Шемахи. До постройки железной дороги этот город был перевалочным пунктом грузов, сплавляемых по реке на барках в Красноуфимск и Уфу; с проведением железной дороги он потерял и это значение. Теперь это совсем тихий город. Но это не значит, что вы не найдете кого-нибудь, кто бы мог починить вашу лодку. Здесь сохранились еще старые лоцманы, которые не только направят вашу лодку, но и расскажут вам о прошлом Шемахи.

Подготовка к отправке "каравана" (нескольких барж) начиналась еще зимой: строились баржи и подвозились грузы. Весной вода подходила к выстроенным баржам и снимала их с мели. Начиналась загрузка барж хлебом, железом, лыком, мочалой и т. д. После окончания погрузки баржи оснащивали и украшали флагами всех цветов. Матросы одевались в красные рубахи, в синие широкие штаны; их шляпы были украшены разноцветными лентами. В торжественный час отплытия каравана на берегу, усеянном народом в праздничных одеждах, служился молебен и устраивалась торжественная выпивка с песнями и плясками. Наконец, под колокольный звон и пальбу из пушек совершалось отплытие каравана.

Это - показная сторона. А за ней скрывалась жестокая эксплуатация рабочих. Плотники и грузчики сходились сюда из разных концов, даже из Вятской губернии, выгнанные на отхожий промысел нуждой, безземелием, отсутствием заработков в своих местах. Далеко не все баржи достигали места назначения: многие разбивались об утесы, часто садились на мель, и быстро сбегающая весенняя вода лишали возможности снять их с перекатов.

Когда в Шемахе на берегу реки вы встретите старого лоцмана; греющего на солнце одетые в валенки, больные ревматизмом ноги, когда вы слушаете его рассказы о прошлом Шемахи, наблюдаете, как глаза с нависшими, седыми, суровыми бровями загораются при воспоминаниях, вам кажется, что рассказчик сошел со страниц Мамина-Сибиряка. Он - живая иллюстрация к истории города, когда-то шумного, а теперь притихшего.