Посессионные заводы в послекризисные годы часть 14

В 1906 г. владелец округа Д. П. Соломирский обратился в Государственный банк с просьбой о выдаче промышленной ссуды под залог машин в размере 200 тыс. р. Необходимость в ссуде мотивировалась растущей убыточностью округа. В 1903 г. округ еще дал прибыль в 28.5 тыс. р., но в 1904 г. принес уже убыток в 72.4 тыс. р., который в 1905 г. возрос до 122.5 тыс р.198 Баланс сводился путем увеличения задолженности. Общая задолженность округа на 1 января 1906 г. выражалась: Государственному банку под залог металла 467.9 тыс р., Сибирскому банку под залог металла 290 тыс р., ему же под соло-векселя 300.1 тыс р., долг Северному банку 30 тыс р., долги разным лицам по векселям 84.2 тыс. р. и по счетам 299.5 тыс. р., а всего 1471.8 тыс. р.199 В феврале 1906 г. правление Сысертского округа получило из Нижегородско-Самарского земельного банка ссуду в 675 тыс р., но эта ссуда пошла частично на погашение долга Сибирскому банку и частично на уплату казенных и земских податей, так что общая сумма задолженности округа не возросла.

Однако новая ссуда Государственного банка не спасла округ от финансовых трудностей, и в 1909 г. владельцы округа обратились в Горный департамент за разрешением переукрепления Сысертского округа за шведским подданным Альфредом Петером Персоном. Министр торговли и промышленности считал, что закон не предоставлял Горному департаменту права соглашаться или не соглашаться на передачу посессионного права владения с целью избрать наиболее желательного министерству покупателя, а только требовал «предотвращать нарушение при продаже горных заводов законных условий такого акта». На основании этих соображений министр предложил Горному департаменту разрешить владельцам Сысертского округа переукрепить владение округом за шведским подданным. Однако министр все же нашел необходимым оговорить в договоре о передаче округа, что новый владелец подчинится всем обязательствам и условиям, «какие могут быть ему предъявлены при ликвидации посессионных отношений к казне». Как видно из последующих событий, передача округа во владение Персона не состоялась.

Таким образом, за годы депрессии (1904—1909) посессионные округа Урала оказались в тяжелом положении. Росла их задолженность как в Государственном и ипотечных банках, так и в частных коммерческих банках. Но прочных связей на основе финансирования между посессионными округами и частными коммерческими банками пока не сложилось. Ничтожно было участие иностранного капитала.

В условиях глубокого упадка посессионных округов перед правительством с новой силой встал вопрос о ликвидации посессионного права. Но попытки добиться отмены посессионных ограничений не увенчались успехом не столько из-за косности правительства, сколько из-за стремления владельцев посессионных округов чуть ли не даром получить в свою собственность богатейшие государственные земли.