Факты из официальной корейской истории

Согласно корейской официальной истории, вождь восставших, потомок основателя бохайской династии в седьмом поколении Даиенлин, запланировал возникновение нового государства под именем Силяо. Он объявил себя императором и принял няньхао годом своего правления. Согласно этой истории, Даиенлин дважды, в 1029 и 1030 годах, обращался за помощью к корейскому двору, но тот не пожелал помочь ему и даже предпринял оборонительные меры на границе. Часть же корейских чиновников попыталась воспользоваться событиями, чтобы перейти реку Ялу и захватить земли, отвоеванные ранее киданями. Однако пограничная стража киданей отбила эти вылазки.

В 1030 году предатель генерал Ян-си-ши вошел в тайные сношения с Ляо. Он открыл ночью южные ворота восточной столицы и впустил в нее вражеские войска. Восстание было подавлено, и новое государство пало. Тем не менее восставшие удерживались еще несколько месяцев и в конце концов ляоское правительство вынуждено было пойти на компромисс и согласиться на облегчение налогового гнета. Борьба продолжалась и после этих событий, в особенности, когда государство Ляо стало клониться к упадку. По словам Витфогеля, «в то время, когда растущие центробежные силы ослабляли железный зажим правительства, бохайцы были первыми среди тех, кто начинал борьбу против их давних угнетателей».

Но все же, на всем протяжении X века кидани оставались грозной силой, а Бохай уже не смог снова подняться. Его история как государственного объединения была закончена навсегда. Наивысшего могущества династия Ляо достигла при младшем сыне Амбагяня Дэгуане (или Окучжи), правившем с 927 по 947 год. Этому способствовали междоусобия в Китае, где правила династия Хоутан. Однако государство киданей, представлявшее собой пестрое политическое и этническое объединение, распалось почти так же быстро, как возникло.

Уже при седьмом киданьском императоре Син-Цзуне (1031 — 1055 годы) положение страны стало очень напряженным. Налоги и подати были непомерны, грабежи, разбои и восстания составляли повседневное явление. Один из сановников Сяо-хан-ши-ну писал императору: «Слуга Вашего Величества слышал, что с древних времен не было правителя, который был бы свободен от бандитизма. В течение последних лет люди, придя в расстройство, разбойничают, хорошие люди часто становятся жестокими и беспокойными. Плохие люди, убийцы, потеряли страх. Они бегут в горы и болота, чтобы, начав мятеж, возглавить восстание. Можно сказать, что, имея силу, все люди становятся разбойниками и тем даже Ваше Величество приводят в страх. Чтобы искоренить корни (волнений) я, надеюсь, Ваше Величество пожелает облегчить тяжелые работы и уменьшить повинности, так что народ может посвятить себя земледелию. Когда же их одежды и пища будут изобильными, люди будут мирно воспринимать реформирующие воздействия (властей) и станут серьезно относиться к нарушению законов. Если же люди склонятся к правильному поведению, то наказания будут редко применяться». Сяо-хан-ши-ну ссылался на пример первого танского императора, который задал вопрос своим придворным: как быть с бандитизмом? Придворные отвечали, что нужно усилить наказания и строгость законов. Тайцзун рассмеялся в ответ и сказал, что бандитизм зависит от того, что подать слишком большая и народу нечем жить, если же этого не будет, волнения прекратятся сами собой.