Культура Нижнего Амура

Материалы, характеризующие неолитические культуры Нижнего Амура и Приморья, ярко рисуют картину устойчивой оседлости, относительного благосостояния и прогресса. Крупные поселения, состоявшие из целого ряда жилых и хозяйственных капитально построенных полуземлянок, располагаются в устьях рек и около больших заливов. Их контраст с бедными временными стойбищами бродячих охотников сразу бросается в глаза. Даже глиняная посуда здесь рассчитана на новый быт. Она имеет ровное плоское дно, в отличие от остродонных и круглодонных горшков таежных охотников, наспех закрепляемых в рыхлой земле или среди камней временного очага. Отличается глиняная посуда и щедрым богатством орнаментации, указывающим на высокий уровень прикладного искусства. Особенно эффектны вычурные маски человеческих лиц, выполненные углубленным орнаментом на красном фоне. Кстати, изображения этих масок на крупном цветном плакате советской археологической выставки, побывали в большинстве столиц континентальной Европы. Оказалось, что древние керамисты Нижнего Амура мало в чем. уступали современным виртуозам броской рекламы.

Высокий уровень неолитических культур связан с развитием экономики. На Нижнем Амуре основой хозяйства был коллективный сезонный лов рыбы, обеспечивающий пропитанием общину на длительный срок. В Приморье природные условия способствовали развитию еще одной отрасли хозяйства — собирательству. Недаром на древних поселениях встречены терочные камни и обугленные кедровые орехи, а вдоль побережья то и дело попадаются так называемые раковинные кучи — скопления мусорных остатков и в первую очередь раковин моллюсков. Эти дары моря были надежной основой развития и прогресса. В советском Приморье проявляется длинная цепь оседлых культур, носители которых начали еще в неолитическую эпоху интенсивное использование пищевых ресурсов Мирового океана. Именно высокоспециализированные формы эксплуатации природной среды были основой устойчивого благополучия. Рыболовство и собирательство, ориентированные как на дары моря, так и на сухопутную флору, давали высокий экономический эффект. Так, в пищу жителей неолитической Японии шло 36 видов пресноводных и морских рыб. В раковинных кучах той же Японии встречаются 222 вида ракушек и моллюсков и 59 видов растений, из которых каштаны, орехи и желуди разнообразили диету древних рыбаков.

Оседлый быт, обеспеченность продуктами питания были основой роста благосостояния, расцвета искусства в среде оседлых рыболовов и собирателей. Этнографические материалы северо-западной Америки показывают, что прибавочный продукт, получаемый в подобной экономической системе, был достаточен для начала разложения первобытнообщинного строя и формирования классовых отношений. А в поздненеолитической Японии мы даже наблюдаем процесс отделения ремесла, но не от земледелия, как в большинстве привычных политэкономических схем, а от рыболовства и собирательства. Недаром в условиях большого значения рыбной и растительной пищи, нуждавшейся в варке, на Японских островах в X тысячелетии до н. э. — раньше, чем где-либо на земном шаре, — появляется первая глиняная посуда. Таежный охотник мог довольствоваться наспех приготовленным шашлыком или запасами копченого и вяленого мяса, но прибрежный рыболов проявил себя более требовательным гурманам. В Японии развивается культ плодородия с характерными глиняными фигурками крутобедрых женщин, связанный в подавляющем большинстве археологическим комплексом с культурами раннеземледельческого типа. Разумеется, исходя из этих фактов, нет оснований для пересмотра существующей концепции происхождения цивилизации, базирующихся главным образом на культурах оседлого земледелия. Новые данные дают основания для изучения генерального единства в конкретном многообразии исторической действительности. В этом отношении изучение культур неолитических пионеров цивилизации в бассейне Японского моря имеет первостепенное значение.

Оседлые рыболовы и собиратели Приморья и Нижнего Амура не достигли в неолите уровня развития хозяйства индейцев Северо-западной Америки. У них как дополнение к традиционным формам хозяйственной деятельности появляется земледелие, и вся экономика приобретает комплексный характер. Бесспорно, оседлый быт способствовал распространению земледелия. Специализированное собирательство также благоприятствовало накоплению агротехнических навыков. Однако время и характер появления земледелия требуют каждый раз тщательного исследования и обоснования. Наиболее надежным критерием являются находки самих зерен возделываемых культур на Дальнем Востоке, в первую очередь проса. Терочные камни, обычно именуемые археологами зернотерками, длительное время могли применяться, как это было в Японии, для обработки растительных продуктов естественного произрастания.