Исследования археологических памятников

Освоение Сибири в XVI—XVII веках осуществляли простые русские люди — казацкая вольница, беглые крестьяне, промышленные люди, растекающиеся по необъятным сибирским просторам вплоть до Ледовитого океана на севере и Тихого океана — на востоке. «Русский народ, — писал А. М. Горький, — без помощи государства присоединил к Москве огромную Сибирь руками Ермака и понизовой вольницы, беглой от бояр. Он в лице Дежнева и Хабарова и массы других землепроходцев открывал новые места, проливы на свой счет, на свой страх».

Наблюдения казаков и служилых людей за жизнью народов Дальнего Востока в семнадцатом столетии имеют для археологии края особое значение, так как им довелось увидеть в «живом состоянии» даурскую и дючерскую культуры, остатки которых в результате бурных исторических событий последующего времени сохранились только в ископаемом, археологическом виде и составляют сейчас одну из наиболее распространенных групп археологических памятников Амурского края. Очень важно и то, что дошедшие до нас этнографические наблюдения, относящиеся к семнадцатому столетию, позволяют глубже понять и более отдаленное прошлое народов Амура — хозяйство, образ жизни и культуры людей раннего и железного и даже каменного веков.

Пионеры освоения Дальнего Востока оставили нам не только этнографические данные. Они были и первыми из тех, кто обратил внимание на археологические древности Дальнего Востока. Уже в первых известиях из далекой и неведомой страны за «Каменным поясом» встречаются сведения о развалинах городов и могилах, оставленных древними обитателями Сибири. Среди сибирских памятников древности, привлекавших к себе внимание русских людей, оказались и археологические остатки на Дальнем Востоке.

Выдающийся русский ученый конца XVII и начала XVIII века Семен Ремезов 1 января 1701 года закончил в Тобольске монументальный географический труд, обессмертивший его имя, — «Чертежную книгу Сибири». Среди многочисленных сведений, которыми насыщены листы ремезовского атласа, имеется одна, необычная и загадочная по содержанию надпись. На сводном чертеже «Всех сибирских градов и земель» в устье Амура обозначено: «До сего места царь Александр Македонский доходил и ружье спрятал и колокол оставил». Около надписи дано условное изображение города с башнями и того самого колокола, о котором рассказывает надпись.

Как оказалось, эти сведения относятся к знаменитому Тырскому утесу. На Тыре зимой 1655 — 1656 года побывали русские казаки. Они увидели здесь развалины древнего храма, нашли памятники с надписями на четырех языках. Спустя 20 лет они рассказали о своем открытии известному русскому путешественнику и дипломату XVII века Н. Спафарию, который записал это известие, попавшее затем в «Чертежную книгу Ремезова».

Прошло два столетия после походов русских землепроходцев, и в бассейне Амура начинают работать научные экспедиции. Одним из первых русских исследователей, обративших внимание на древности Дальнего Востока, был академик А. Ф. Миддендорф. В 1842 году он был назначен руководителем экспедиции по Сибири. Перед экспедицией Академия наук поставила две задачи: исследование крайнего северо-востока Сибири — Таймыра и юго-востока — бассейна Амура.

Экспедиция проходила по Амурскому краю в условиях полного бездорожья, по. быстрым порожистым рекам и зачастую без проводников. Это был настоящий подвиг во имя науки. Результатом этого путешествия, впервые охватившего обширную и совершенно не исследованную область, явился многотомный труд, над которым А. Ф. Миддендорф работал более 20 лет.

В его «Путешествии на север и восток Сибири» наряду с описанием флоры и фауны северо-восточной части Сибири и Дальнего Востока много ярких страниц посвящено быту, хозяйственному укладу якутов и тунгусо-маньчжурских народов. Не оставил. Миддендорф без внимания и археологические памятники. Им отмечено большое укрепленное поселение ,в устье реки Урки. В устье реки Ольдоя и на островах по Амуру Миддендорфом обнаружены следы паханых гряд, оставленных древними обитателями этого края. Средневековые археологические памятники обнаружены им также в устье реки Уричи (Уруша), на реке Горной и в некоторых других местах.