Работы Разина

Свои работы Разин начал в 1924 году на восточном берегу Уссурийского залива, где у мыса Виноградного в 7—8 км к северу от бухты Суходол и немного южнее бухты Майтун, им была обнаружена раковинная куча диаметром около шести метров. Новые местонахождения раковинных куч были обнаружены в 1924 году на южной стороне мыса Виноградного, а также на хуторе Сухановка. Уже тогда А. И. Разин обратил внимание на то, что найденные им древние поселения или стоянки как Он взаимно дополняли друг друга в стратиграфическом отношении: «С первой можно зорко следить за всем западным берегом Уссурийского залива и за всей бухтой Майтун, со второй стоянки — за восточной частью и выходом Уссурийского залива». Открытием новых раковинных куч в 1924 году А. И. Разин значительно расширил известную до него область распространения памятников этого рода. Он установил, что раковинные кучи широко распространены как в районе Амурского, так и Уссурийского заливов. Обобщая результаты своих разведок и раскопок, А. И. Разин обстоятельно описал вещественный материал из поселений с раковинными кучами. Он выделил три типа шлифованных каменных наконечников стрел, описал крупные острия из шифера, расклассифицировал разнообразные костяные изделия; выделил типы орнамента и описал технику его выполнения на сосудах. Разину не удалось, правда, дать четкую типологическую классификацию каменных рубящих орудий, не все его определения функций орудий бесспорны. К сожалению, он не имел возможности приложить к своим статьям рисунки. И все-таки это была первая в археологической литературе обстоятельная попытка специального типологического анализа инвентаря из раковинных куч Приморья.

Развивая мысли Янковского и Маргаритова, А. И. Разин сделал ряд интересных общих выводов о культуре и жизни людей, оставивших раковинные кучи. «Находки в раковинных кучах на берегах Уссурийского залива, — писал он, — вполне тождественны с раковинными остатками Амурского залива, находящимися на полуострове Янковского и Песчаном. Сходство имеется не только в общем составе раковинных куч, но и в типах топоров, копий, наконечников стрел, кинжалов, материала для них, костяных изделий и гончарного искусства, где иногда мотивы орнамента настолько тождественны, что заставляют предполагать близкую связь между местными поселениями того времени (коллекция, собранная В. Е. Глуздовским на полуострове Песчаном)».

Работы А. И. Разина впервые показали, что на берегах Амурского и Уссурийского заливов существовала единая культура обитателей поселений с раковинными кучами. Как и его предшественники, А. И. Разин особо отмечал тяготение древнего населения к морю, очевидно не только по наличию самих раковинных куч, но и по их расположению. Главным промыслом населения, по его словам, в летнее время был сбор морских моллюсков и рыбная ловля, а зимой — охота, в которой участвовал верный спутник человека — собака. Питание морскими моллюсками Разин объяснял легким способом их добывания. Описывая найденные в кучах раковины, он отметил наличие среди них моллюсков, обитающих на глубине 30 — 70 м. Для добычи таких моллюсков были нужны лодки и суда. Стоянки же судов и лодок помещались в наиболее глубоких частях бухт. Так, у мыса Виноградного, по его словам, стоянка могла находиться у южной, наиболее глубокой стороны мыса, вблизи которого в раковинной куче были найдены грузила из базальта правильной овальной формы с желобком посредине, употреблявшиеся, видимо, для сетей. Кроме того, там же были найдены в большом количестве молоты, служившие, видимо, для вбивания кольев, необходимых как для сушки сетей, так и для привязывания лодок.