Маски

Это вводит нас в обширную область представлений, связанных с масками. Маски, широко распространенные у всех или подавляющего большинства народов, в прошлом изображали таинственные существа нездешнего мира — духов. Они употреблялись как средство перевоплощения человека в духа и были непременной принадлежностью обрядов и культовых действий, где требовалось присутствие духов. «Духи эти сидят в масках, воплощены в них, и, таким образом, вселяются в танцора на все время, пока он носит эту своеобразную маску», — говорит Кох Грюнберг об индейцах Бразилии. Надевая маску человек перевоплощался в зверя, приобретал звериные качества. «Достаточно вспомнить людей-пантер и людей-леопардов Западной Африки. Надев шкуру животного в определенной, необходимой для этого магической обстановке, они чувствуют себя реально превратившимися в пантер и леопардов; они обладают силой и свирепостью этих зверей. Если они промахнулись и их жертва, защищаясь, сорвет с них шкуру, они мгновенно становятся только людьми, притом весьма испуганными и с ними легко справиться», — пишет по этому поводу Леви Брюль.

По меткому выражению Фаттера, «в маске человек является в новой сущности: мертвым, духом или животным, которых маска олицетворяет. Дело идет не о представлении, не об изображении некоей роли, но непременно о действительно ощущаемом перевоплощении».

Маски как средство перевоплощения в духов занимали важное место в социальной жизни первобытных общин. Достаточно вспомнить их роль в деятельности тайных мужских союзов, где они служили для запугивания женщин и детей и орудием власти организаторов таких союзов. Последние, применяя разнообразные маски и тем самым «создавая внешний облик главы союза — могущественного всесильного духа, стремились передать ему видимость необычного, сверхъестественного существа. Преувеличенные по сравнению с обыкновенными человеком размеры, необычное смешение человеческих и звериных признаков, фантастические детали, лицо, искаженное гримасой, и т. д. и т. п. — вот прием, применяемый при создании маски этого рода». Маскам принадлежала важная роль уже в древнейших охотничьих обрядах-игрищах, где охотники, переодетые в звериные шкуры, изображали охоту на животных,. Это были не просто переодетые охотники, а люди-звери, существа смешанной природы. Вероятно, с такого рода представлениями и обрядами связаны также загадочные палеолитические изображения полулюдей, полуживотных, «монстры» пещерного искусства.

Выразительным примером таких обрядов служат предания эвенков о ежегодном торжестве — иконипка, или шингкэлавун, записанные Г. М. Василевич и А. Ф. Анисимовым. Звериные танцы эвенков и их охотничьи пантомимы имели определенную «производственную нагрузку» и магический смысл: они должны были обеспечить благополучие охотничьей общине, размножение зверей и успех охотничьего промысла. В дальнейшем, на основе первых .примитивных форм театрализованных действий с участием людей, ряженных в маски, возникают сложные представления-мистерии, в том числе такие, как танцы богов ламаистского пантеона, связанные с большими сезонными праздниками древних скотоводов и земледельцев.

По функциональному предназначению люверсы очень похожи на кнопки.