Связь племен

Возможность существования такой связи, в данном случае между частями одного рода или племени, заселявшего определенный участок морского побережья, очень вероятна. Видимо, и расположение поселков с раковинными кучами определялось прежде всего хозяйственными условиями, потребностями производственной жизни их обитателей.

Для морских рыболовов и охотников, вся жизнь которых была связана с морем, такое расположение было вполне естественным и закономерным.

Об этом писал А. И. Разин, обративший внимание на связь раковинных куч с местами, где и в настоящее время существуют банки, богатые рыбой. «Большинство найденных стоянок (четыре, пять, девять, восемь, три, один, два и десять) находятся в том месте, где сейчас функционируют рыбалки. Седьмой же номер (хутор Патюкова) еще недавно славился богатством рыбы. Теперь здесь о рыбалке напоминают огромные садки для рыбы, находящиеся на берегу. Такое совпадение рыболовных участков и стоянок первобытного человека не должно быть случайным, а объясняется тем, что доисторическому человеку нужны были рыбные угодья для пропитания, богатство которых давало ему более сносное существование».

Появление раковинных куч, а вместе с ними предметов, впервые свидетельствующих о развитии рыболовства — грузил, крючковой, снасти, должно рассматриваться как важный факт из истории хозяйства и бытового уклада населения Приморья. В нем нужно видеть отражение «больших событий, происходивших в это время и, так или иначе, затрагивающих все стороны жизни поселения прибрежных районов Приморья. Эти сдвиги становятся особенно заметными на фоне материалов, относящихся к эпохе неолита.

Раньше, в неолитическое время, не было существенного разделения в деятельности человека. В исследуемый период впервые намечается переход прибрежных племен к всестороннему освоению богатств моря.

По сравнению с обычной континентальной охотой и рыболовством во внутренних водоемах, в реках и озерах, это был уже большой шаг вперед. Пищевые ресурсы моря несравненно обильнее и разнообразнее, а жизнь приморских племен могла быть в силу этого значительно-более обеспеченной, чем жизнь бродячих охотников и рыболовов, лесных областей. Но для того, чтобы использовать неисчерпаемые ресурсы моря, нужна была особая техническая культура приморских жителей, такая, какую мы знаем по этнографическим данным у маори на юге или у эскимосов на севере Тихого океана.

Культура эта, целиком лежащая еще в пределах каменного века, может показаться недостаточно вдумчивому наблюдателю необыкновенно примитивной. Но на самом деле, она является по-своему очень, сложной и высокоспециализированной, а в ряде отношений гораздо-более развитой, чем культура континентальных племен, стоявших на том же неолитическом уровне развития.

Чтобы представить степень развития и сложность этой культуры сравнительно с культурой континентального населения, нужно иметь в виду, что помимо специального, хотя и простого, на наш взгляд, оснащения промысла съедобных моллюсков, о чем говорилось выше, в условиях морского рыболовства должна была рано развиваться и особая техника добычи морской рыбы. В море нужны были удочки иного вида, чем обычные удочки речных и озерных рыболовов, — с иной лесой, несравненно более длинной и прочной, чем в реках и озерах, с другими по устройству грузилами и поплавками.