Найденная керамика

В том же 1935 году подобная керамика была собрана в ряде других мест по берегам Амура, в том числе на Малмыжской сопке, господствующей над Амуром. Она же встречена в нижнем культурном слое поселения в пади Большой Дурал, ниже села Нижне-Тамбовского, под горой, где находятся широко известные в легендах Нижнего Амура скалы— Окаменелый охотник, Медведь, Собака и Котел мифического охотника. Самые северные образцы этой характерной керамики встречены при раскопках в Кондоне, на реке Девятке в районе Комсомольска и в самом Комсомольске на Пиваньской сопке. Вверх по Амуру поселения с такой керамикой встречаются в Еврейской автономной области, вплоть до ее границы с Амурской областью. Словом, это широко распространенная, пожалуй, самая богатая памятниками археологическая культура нашего Дальнего Востока.

Основной областью ее распространения является побережье Амура, начиная с Ленинского района Еврейской автономной области, и вплоть до района Хабаровска и далее вплоть до г. Николаевска.

Наиболее обширное поселение такого рода обследовано в 1935 году там, где ныне находится Амурский санаторий в окрестностях Хабаровска. В 1959 году на поселении у Амурского санатория было раскопано пять жилищ и значительная часть межжилищного пространства.

Основная масса находок в этих жилищах и между ними состоит из глиняных сосудов, расположенных в ряде случаев целыми скоплениями. Сосуды украшены налепными валиками и своеобразным орнаментом. К этому же культурному комплексу относятся бронзовая пуговица скифско-карнсукского типа, а также костяные пластины от лат.

Второе, еще более замечательное поселение этой культуры, по которому она и получила свое название, расположено в местечке Польце, в 5 км на северо-восток от села Кукелево Еврейской автономной области.

Поселение расположено на 3—4-метровой террасе, полого спускающейся к сильно заболоченной старице, протоке Амура. По краю террасы проходит шоссейная дорога в село Бабстово. В 3 — 4 м от дороги в густом дубняке в 1962 году было обнаружено около десятка глубоких чашевидных западин. Глубина некоторых из них достигала 1,5 м при диаметре 8 — 10 м. Дно западин поросло молодым дубняком и кустарником. Тогда же в одной из западин был заложен небольшой разведочный раскоп площадью 0,5 x 0,5 м. Шурф не прорезал пола древнего жилища. На дне шурфа были обнаружены целый сосуд и обломок шиферного острия. Сосуд имел тулово шаровидной формы, плоское дно и суженный венчик. Его тулово на три четверти было покрыто ложнотекстильным орнаментом.

Дальнейшие раскопки этого поселения дали в руки археологов обширный фактический материал.

В каждом из жилищ встречались до двухсот и более сосудов самых различных форм, украшенных затейливым орнаментом. При раскопках найдены сотни орудий труда и вооружение из железа, кости, камня. Обнаружено много украшений: плоские кольца из нефрита, бусы, серьги, подвески. Обилие всевозможных предметов говорит о том, что поселок погиб во время пожара, по-видимому, при нападении врага.

Раскапывая поселение Польце, эти своего рода Амурские Помпеи, исследователи всюду видели смерть и разрушение. Бегство обитателей поселка (если им, конечно, удалось бежать) было настолько поспешным, что люди оставили все самое необходимое, в том числе даже железные и бронзовые изделия, высоко ценившиеся в то время. В одном жилище у очага лежал опрокинутый горшок с кашей, в другом — кости человека, не успевшего выбраться из горящего дома или сраженного стрелой у очага.

Дома в поселке располагались без какого-либо определенного порядка: то они были вплотную друг к другу, то на расстоянии трех-четырех метров. Благодаря наличию обгоревших конструкций можно восстановить общий вид жилищ. Это были полуподземные дома. Глубина их котлована, как правило, лишь немного превышала 1 м. У стен котлована ставились столбы толщиной 10 — 20 см на расстоянии 50 см друг от друга. К столбам горизонтально крепились толстые жерди или плахи шириной 25 см и толщиной до 10 см — основа стен жилища. В центре, на расстоянии 2 м от очага, ставились центральные столбы, служившие опорами для кровли. Крыша имела форму усеченной пирамиды. В верхней ее части находилось отверстие для входа в жилище, служившее одновременно для выхода дыма.